***

и, повторяя жизнь на языке земном,

не плакать ни о чём, не сожалеть, не злиться,

но знать, что сто судеб маячат за окном,

и в небе сотни звёзд, и облака, и птицы,

но нет другой судьбы, которая годна

для счастья и тоски, для встреч и расставаний,

которая всегда, которая одна,

паришь ли в небесах иль дремлешь на диване.

***

Издалёка, оставив другие труды,

Шли волхвы по наводке лукавой звезды.

Постучали в окошко,

И вошли, и в молчании сели к столу.

Тихо мыши скреблись и шуршали в углу

И мяукала кошка.

И  Мария сказала:  «Мы ждём вас давно»,

И Иосиф налил и пригубил вино,

Изнывая от жажды,

И младенец промолвил: «Увы, господа,

Мир спасти не удастся, но, впрочем, всегда

Я к услугам сограждан».

Так младенец сказал и устало зевнул,

Снова соской зачмокал и вскоре заснул.

И Мария качала

Головою, и с плотником пили волхвы,

И история неба, людей и травы

Начиналась сначала.

***

Вне времени и судьбы почти обретя покой

Срывая голос в безлюдных и мрачных вселенных

Я видела этот мир как город над бледной рекой

Средь синих его куполов среди облаков нетленных

Я слышала как слова как воспоминанья прежних

Событий друзей надежд чужого ума движенье

Вне времени и судьбы всё глуше шаги всё реже

И голос срывая и звёзд чужих наблюдая круженье

***

Там, где нет ничего, там любовь и свобода вершат

Свой закон, свой торжественный суд. Там, где нет ничего и не будет.

В серый сумрак оправлен февраль, и в сверканье июль, и, дрожа,

Пробирается время меж ними. Верхом на верблюде

Сквозь игольное ушко промчаться, прижавши к груди

То, что памятью было и вечностью стало, и медлить у входа:

Впереди лишь любовь и свобода, их суд и закон. Позади –

Как назад ни гляди – тоже нет ничего, лишь любовь и свобода.

***

Ты беги, терпеливая жизнь,

        по полям, золотым от росы,

Где лукавая шепчет судьба

             голосами далёких друзей,

Где слезами далёкой любви

               высыхает безумье грозы

На щеках, и так страшно дышать,

          и так больно ступать по росе.

Ты беги, пока шёпот не стих,

                не забылись ещё голоса,

И прекрасные лица друзей

                не омыла забвенья вода,

Не надеясь на встречу, и всё ж

         не страшась обернуться назад:

Эти чёрные псы далеко,

              не догонят тебя никогда.

***

Знаменосец наш пьян каждый вечер, и в бой не идёт.

Гулким носом сопя, он о прошлых боях говорит.

И не слышно ему, как труба в поднебесье поёт.

И не видно ему, как бессмертие в небе горит.

Мы с победою в сердце когда-то в атаку неслись.

Мы спешили вперёд, мы свирепо вершили судьбу.

Прижимая к груди жажду славы, и падая вниз.

И взлетая, и смерти печать ощущая на лбу.

Знаменосец наш помнит, хоть пьян, и мы внемлем ему.

И мы верим ему, каждый вечер собравшись вокруг.

И с победою в сердце, но канув в бесславную тьму.

И не слыша трубы, павши ниц, размыкая свой круг.

***

Ни Бог ни Свет ни ангела полёт

Ни разум бестелесный

Не властны над душой пока живёт

И мечется над бездной

Бесценную бессмысленную жизнь

Расходуя и множа

Душа творит и рушит миражи

И гибнет в них и всё же всё же всё же

***

В разрозненной стае в разорванном небе в тоске

над пропастью мира полёт или просто паренье

была ли земля

                 это звёзды лежат на песке

и мёртвыми их представляет ненужное зренье

какие мученья и страсти какие когда

судьба начиналась казались судьбой и удачей

над пропастью мира в разрозненной стае

                                                                  звезда

в песок закатилась в разорванном небе не плача

Стихи из книги «Письма в чёрных конвертах»

(Часть I)

***

Оборотясь лицом к пустым созвездьям…

Нет, лучше так: Оборотясь к созвездьям

пустым лицом… Да, может быть, и так.

Ах, применимость ко всему всего,

как ты подводишь бедные предметы,

приметы и примеры. Результат:

взамен конца последует начало,

но связь времён не распадётся, нет,

ничто не дрогнет и не изменúтся.

Теперь глагол.

        … Подняв своё лицо…

Воздев лицо… Припав лицом к созвездьям…

Нет, право, и не стоит изменять

глагол, не стоит скудное звучанье

бесцельным измененьям подвергать.

Так значит, прозой:

            некто, чьё лицо

обращено к глумящимся созвездьям,

к бессмысленному небу декабря,

стоит под мокрым снегом на ветру

и думает известными словами

о том, что связь времён уже распалась,

когда об этом кто-то написал,

а потому не стоит горевать

о том, что жизнь бесцельна и случайна,

тем боле, что её не изменить.

Нет, всё не так, но проза так скучна,

что разъедает грани ощущенья,

не видно прозой, как летит луна,

не слышно прозой, как звучит теченье,

но только в рифму легче и вольней,

правдивей, чище дышится, живётся.

Никто не знает – как и отзовётся ль

какое слово в здешней тишине.

***

И жили бы проще, и не было б счастья превыше

Уменья казаться счастливым, казаться счастливым,

Но там позовут, а я здесь, и не слышу, не слышу,

Поскольку пространство, поскольку приливы, отливы.

Торжественность боли смешать бы с весельем, с весельем,

И было бы счастье, и было бы, было бы счастье,

Но здесь всё погода, качели здесь всё, карусели,

И вдребезги бьётся всё то, что не рвётся на части.

Но здесь преднамеренность каждого слова и жеста,

Но здесь постоянство звучанья, значенья, участья.

Гляжу с оптимизмом в единство мгновенья и места

Неостановимое. Так вот и было бы счастье.

***

Куда уходит жизнь меж пальцев и бумаг

Поглядывая резвым глазом как

Здесь тем кто остаётся за спиной

Прокладывая путь себе иной

Туда где нас не то что нет но есть

Помимо нас величие и свет

Извечных звёзд покой покой и честь

Туда где мы скорее есть чем нет

***

Смирись, душа. Нам нечем удивить

Сей мир, в свой пуп упёршийся прищуром.

Легко пичуге говорить «фюить»,

Ей свойственно, не осознав пути,

Не ведая: на воле, взаперти ль,

Лететь весной из Африки за Муром.

А как же нам? Нам целый мир чужби…

Договорить – окажется цитата.

Нам вся земля в подмышках тесновата,

А платье велико. А слово словно вата.

Волокна слабые. Ни правды, ни любви.

***

Где злость,

        где величье стандарта,

                где голос?

Нас ветер по улицам носит.

            Нас вехи

Сверяют с собою.

            В изгибе покоясь,

В изломе таясь,

            мы всё видимей сверху.

Нас память, качая, влечёт по аллеям.

Нас беды, срывая, кладут на дорогу.

А мы с каждым вздохом светлее, светлее,

Мы с каждым движеньем всё видимей Богу.

***

Мы писали пахали писали пахали писали

Наши слабые пальчики нежные локти устали

Вроде нету причины но следствие длится поныне

В этой людной болотной минувшей грядущей пустыне

Ах какие сомненья нам детскую душу питали

Ах какие над нами кружили зловещие птицы

Мы писали пахали писали пахали устали

Повторится ли что-нибудь там где не всё повторится

***

Забвенья нет, и тёмные изгибы

Приморских улиц заново соткутся

Из светлого, как сталь, небытия.

Я напишу письмо: прошу не верить

Моим словам. Я их не говорила.

Прошу вернуть мне чистый голосок.

Я напишу письмо: прошу не верить

Моим следам. Я здесь не проходила.

Забвенья нет, но адрес позабыт.

*   *   *

Мои друзья вбиты в землю, как пыль – дождём.

Их глаза закрыты для взгляда, их рты закрыты для звука.

Но та земля, из которой мы все растём,

Сохранит нас живыми сквозь эти морозы и вьюги.

Но та земля, из которой. Но эта земля,

В которую вбиты, в которой, обнявшись корнями,

Живём, как умеем, как можем, мгновение для,

Единственное, что остается с нами,

За этих друзей. И за тех. За себя. За себя,

За каждый свой вздох мы в ответе. В ответе. В ответе.

И нет никого, кто бы умер и жил, не любя

Ту землю, в которой. Которой и нету на свете.

*   *   *

Тем кто спасенья ждет не повелишь уйти

если известен час когда раздают спасенье

лунный великий свет камень ли на пути

не обратит на них ждущий свое вниманье

Тот кто спасенья ждет тот не живет почти

только глядит туда откуда придет спасенье

лунный огромный свет лег поперек пути

как на ладони весь кто Божьего ждет решенья

Если спасенья ждать то в небеса смотреть

незачем пустота в небе и нет спасенья

только бескрайний свет только бездонный путь

как на ладони весь и не свернуть обратно

*   *   *

Если завтра война, если завтра, допустим, в поход,

В башмаках неудобных, на тощий живот, по равнинам

Этой сирой отчизны, фальшивя,  труба позовёт,

Мы пойдём? Мы пойдём. В башмаках неудобных. Ремни на

Тощих злых животах. Мы пойдём. Если завтра война.

Мы, допустим, пойдём. Ну а если сегодня? Сегодня.

По равнинам отчизны. Рюкзак на плечах. И вина

Пригибает к земле. И фальшивит труба. И прощенье Господне.

*   *   *

Все бесконечней чреда грядущих зим, поражений, обид.

И одна от смерти защита – жизнь. И пока живём,

Этот город на этой реке стоит,

Это солнце карабкается в зенит,

И соловей разливается соловьём,

И все бесконечней, все беспечальней чреда

Грядущих побед и грядущих прекрасных лет,

И все красивей люди, и все тучней стада,

И все ярче сияет безумья и счастья звезда,

И одна от смерти защита – жизнь, и от жизни защиты нет.

***

Веками они бессмертно жили с немилыми женами рожали ненужных детей

не пели песен не пили пива не грелись у костра в мороз

в их языке не было слова «счастье» пока однажды в метель

к ним не забрел случайный путник и в предсмертном бреду это слово не произнес

ни к чему в их жизни не применимо но звенит бубенцом и вошло как родное в речь

примеряли его и так и эдак и к расчетам пенсий к рецептам кексов к размерам задниц к глупости и уму

ни к чему не подходит ничего не значит никому не светит но так они все и стараются его сберечь

ничего не значащему не дать пропасть забыться не подходящему ни к чему

08.05.2011

***

Время истекает кровью, подвластно болезни, смерти,

все у него как у нас – то сердце бьется, то оно не бьется.

Надо бы написать ему письмецо, адрес нарисовать на конверте:

«Времени. Пока оно живо. Пока идет, общается с нами, смеется».

14.07.2011

***

По горизонту мечется маленький огонек,

человек сидит и смотрит, кот и собака лежат у ног –

так и видишь чью-то жизнь, не свою.

Если ты сейчас уснешь, я песню тебе спою,

если ты сейчас проснешься, я свет для тебя зажгу

где-нибудь, повсюду, куда дотянуться смогу,

если ты пройдешь стороной, не задев моего пути,

я так и не буду знать, кого надо искать, кого очень надо найти,

буду метаться по горизонту, как маленький огонек,

будет сидеть и смотреть человек, и кот, и собака у его ног.

26.03.2011

***

Козы, лошади, черепичные крыши –

если душа мятется, усмири ее английскими сериалами,

она изойдет блаженством, окутается покоем и тишью, перестанет видеть и слышать,

о высоких забудет, займется простыми и малыми

ощущеньями, чувствами, мыслями, стиркой, омлетом, салатами,

краем зренья косясь на экран, где собаки лохматые,

шутки замысловатые, кудрявая зелень, сюжет немудрящий, мелодия,

что-то напоминающая, но вместе с тем не знакомая вроде бы.

10.06.2011