НАВСТРЕЧУ ПОСЛЕДНЕЙ УДАЧЕ

Валентин Нервин

 

 

* * *

…а нам казалось – плыли корабли.

А.Ж.

…а ежели спросят на Страшном Суде

о жизни моей неудельной,

я им расскажу, как пускал по воде

кораблик простой, самодельный.

Я был капитаном того корабля,

по детски – а как же иначе? –

отважно руля не по курсу рубля,

а прямо по курсу удачи.

На свете хватало воды и огня,

соблазнов особого сорта,

но по флибустьерски достала меня

пробоина с левого борта.

 

Все наши победы кончались вничью,

а все пораженья – тем паче;

но детский кораблик плывет по ручью

навстречу последней удаче.

 

* * *

Моя весна была простужена

и безоглядно влюблена;

миниатюрная француженка

со мной гуляла допоздна.

Тянуло сыростью по городу

и сквозняками от реки,

мы были счастливы и молоды,

любой простуде вопреки.

Земному таинству причастные,

мы оприходовали дань,

пока французские согласные

лечили слабую гортань.

Переболеем и расстанемся,

но, как потом ни назови,

мы не умрем и не состаримся –

по обе стороны любви.

 

* * *

Прикольных дней и юношеских лет

уже и след пропал за поворотом –

я поумнел на десять тысяч бед.

Но лучше быть последним обормотом,

последним лохом в собственном соку,

чем комендантом личного барака,

ловящим на оставшемся веку

лихие отголоски Пастернака.

 

Давным-давно, в реальности иной,

существовала мнимая свобода

и женщина, придуманная мной,

была неприхотлива, как природа.

Она спала и видела во сне,

забытое легко и торопливо:

старение на медленном огне

и молодость зеркального разлива…

 

КОКТЕБЕЛЬСКАЯ ОСЕНЬ

По всему побережью погода в миноре,

за душой ни гроша – золотая пора.

Коктебельская осень выходит из моря,

как Венера выходит из бара с утра.

Угорелое время проносится мимо

и гуляет, не выше больной головы,

пряный запах вина и шашлычного дыма,

так похожий на запах горящей листвы.

Лишь один катерок тарахтит у причала,

увозя отдыхающих прямо туда,

где Антонов поет, как ни в чем не бывало,

и не кончится лето уже никогда.

 

* * *

На самом краю Казантипа,

где море встает на дыбы,

на фрейдовский комплекс Эдипа

выходит кривая судьбы.

Знакомое чувство: как будто

стремился всю жизнь напролет

туда, где Татарская бухта

морскими огнями цветет.

Сакральное право земное

записано мне на роду

и знаю, что станет со мною,

когда я на берег приду,

когда перебесится море,

звезда на Боспоре вздохнет

и женщина в греческом хоре

высокую ноту возьмет.

 

* * *

Недостает немногого: любви.

Той самой – и слепой, и бестолковой,

безденежной, раскованной, рисковой

и, видимо, единственной любви.

 

Я чувствую, что сердце устает

и тяжесть нелюбви навряд ли сбросит.

А женщина – обиженная – спросит:

- Чего тебе еще недостает?..

 

Недостает немногого…

 

 

* * *

Отчего я сегодня с утра

заплутал у полонi печалi? –

даже спирт не идет на ура,

даже мысли во мне одичали.

То ли шапка на воре горит,

то ли дух по этапу восходит,

но постылая плоть говорит,

а пытливая кровь колобродит.

За душой – не копеечный флирт,

не пустая вода из-под крана,

а живой, неразбавленный спирт

из граненого злого стакана.

Разлетаемся… Et cetera,

по закону всемирной печали.

Не о том ли сегодня с утра

перелетные птицы кричали?

 

* * *

На площади возле вокзала,

где мается пришлый народ,

блажная цыганка гадала

кому-то судьбу наперед.

И было, в конечном итоге,

понятно, зачем и куда

по Юго-Восточной дороге

ночные бегут поезда.

Когда,

на каком полустанке

из полузабытого сна,

гадание этой цыганки

аукнется, чтобы сполна

довериться и достучаться,

и чтобы – в означенный час –

по линии жизни домчаться

до линии сердца, как раз!

 

ЦЫГАНСКАЯ ОСОБАЯ

Заговорили рюмочки-стаканчики -

по всей России полный балаган.

Вот я сижу в паршивом ресторанчике

и, на закуску, слушаю цыган.

Несет меня мелодия цыганская,

но я теперь судьбу не тороплю:

кто не рискует, тот не пьет шампанское,

а я и так шампанское не пью.

Плесни-ка, брат, «Московскую особую»,

да за любовь сказать не позабудь,

а я, по старой памяти, попробую

любимой позвонить… куда-нибудь.

Давай, земляк, надеяться на лучшее -

наш человек нигде не пропадет.

Когда цыган я на закуску слушаю,

то хорошо «Московская» идет!

Несет меня мелодия цыганская,

но я теперь судьбу не тороплю:

кто не рискует, тот не пьет шампанское,

а я и так шампанское не пью.

 

* * *

Тридевятое августа.

Ночь напролет

я сижу в полутемном углу «поплавка»

и какой-то эстет на эстраде поет:

- Ах, зачем эта ночь так была коротка!..

От луны по воде незатейливый след,

городского романса простые слова –

дежавю продолжается тысячу лет:

человек умирает, а память жива.

В акватории неба, у всех на виду,

по течению ночи плывут облака.

Не гони лошадей,

я допью и уйду.

Тридевятое августа.

Жизнь коротка.

 

 

 

 

 

 

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.