Мария
  АРНАУТОВА

ПОСЛЕ ТЕБЯ
 
По первому снегу неслышно, бесследно
В наркозе последних мучительных снов,
Уходишь так скромно и так незаметно,
Что даже нет чувства потери основ...

И вот пред тобой расступаются стены
Твоей необычной, нелёгкой судьбы
Последние в жизни твоей перемены,
Последние капельки мёртвой воды...

Всё просто и страшно, и не поэтично.
И Слово царапает лик Тишины,
И снег за окошком идёт безразлично,
И будет зима.
Но не будет весны.







  Константин
  ВАСИЛЬЧЕНКО
 
* * *

По берегу пройду, приберегу
Желание дойти до переправы,
По праву правого взойти на берег правый,
Сдаётся мне, я всё ещё смогу.
До брода добрести хватило б сил,
А дальше – через реку (будь, что будет),
Распугивая тех, кто рыбу удит –
Привыкших медитировать на ил.
Воистину – не переделать дел,
Вертясь ужом в скрипящей карусели,
Пакуя дни прогорклые в недели…
Есть всякому желанию предел.
Решусь. Вот только малость отдышусь,
Сомненья растворю водой проточной
И вместо запятой поставлю точку,
Когда до переправы доберусь.







  Ольга
  ВОРОБЙОВА
 
ЛЬОДОВИК*

Завмерла казка лугова,
Не чути щебету дзвінкого.
Перина вкрила снігова
Долину царства неживого.

Поземку гонить щипунець.
Куди? Не відає, не знає.
Спішить на хутір навпростець,
Під тином ліг, відпочиває.

Поглянув зверху: «Маячня!..»
І плід фантазії підвіяв:
«Тепер що треба, те ж ягня!..
А стільки снігу пересіяв!..

Лежи, біленький, спочивай,
Для тебе буде ще робота:
Зівак з вечірки виглядай –
Закрили наглухо ворота».

_____________________________
* Льодовик, щипун, сніговик, сніжень,
просинець, просимець, прозимець,
просинь, вогневик, лютовій, тріскун,
січень перший – народні назви січня.
 






  Олександр
  ВРУБЛІВСЬКИЙ

* * *

Про зло він знає і добро.
Розкаже, як мені любити.
Авторитет, великий Бро,
Твоєю правдою я ситий.
Тримає вірних у страху́,
А тим, хто схибили – нагайку.
Йому відомо ху із ху,
Бракує слів – зійде на лайку.
І тільки так, як хоче він,
Бо на обличчі зразу видно
Судому скул і тіні гнів –
Воліє не подати виду.
Над ним сміятися не смій,
Хоча любив сам веселити.
Плює на голос твій і мій
І заховається за свиту.
Минає ночі довгий день,
А він все каламутить воду.
Від пункту А до пункту Б
Веде відважний полководець...







  Сергей
  ВЫСЕКАНЦЕВ
 
* * *

А давай на последний автобус не сядем
и пойдём наобум, возвращаясь домой.
Пусть распустит туман поседевшие пряди.
Пусть окутает ночь синевой.
Пусть моргают нам вслед одноглазые совы –
фонари на бульваре пустом.
А над нами плывёт дирижабль невесомый –
купол храма с ажурным крестом.
Я насвистывать стану мотив скомороший,
по-цыгански задорный напев.
Нам отвесит поклон запоздалый прохожий
с удивлением, оторопев.
Пусть покажется ночь нескончаемо долгой.
Беззастенчиво скинув покров,
стянешь волосы в узел любимой заколкой,
и уйдёшь в темноту незнакомых миров.







  Вероника
  ГАБАРД

ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ В МЕТЕЛЬ
 
Я приглашу тебя на ужин в день рождения,
В свистящую метель, в свистящую метель,
В бескрайние поля насколько хватит зрения,
Где стелет снег постель, где стелет снег постель.

Зачем идти в пургу, когда камин пылает?
Неверные огни, неверные огни!
Хочу с тобой вдвоем – лишь только сердце знает,
Что мы в глухой ночи яснее видим дни.

Пронзает белизну свет фар, дрожит машина,
И тянет снег с полей, и тянет снег с полей,
Как руль в твоей руке, у нас судьба едина
И нет тебя родней, и нет тебя родней!







  Наталя
  ГАРАЩЕНКО
 
ПІСНЯ ВІТРУ
 
Добрий ранок, земле мила.
Всьому світу я сказав.
Я здобув сьогодні крила.
Увесь Всесвіт подолав.

Я сьогодні рано вранці
Все зробив, те що хотів.
Я постояв на фіранці,
Розігнався й полетів.

Над безкраім синім степом
Я сьогодні пролітав.
Полетів блакитним небом
І весь всесвіт привітав.







  Алла
  ГОЛУБЄВА
 
ПОЕЗІЯ
 (ода)

О, Музо, ти даруєш насолоду,
З тобою легко пишеться мені.
Чарівних рим не стримуєш свободу
Й мелодією вієш уві сні.

Твої катрени різнокольорові,
В них стільки барв, яскравого життя!
Шепочеш, завмираєш на півслові,
Підносишся ти над сумним буттям.

З тобою виростають дужі крила,
Душа співає, обіймає світ.
О, Музо, ти поезію відкрила,
Моє натхнення і думок політ!







  Радислав
  ГУСЛИН
 
ПАМЯТИ БОРИСА ЧИЧИБАБИНА
 
                   Какой на свете свет!
                               Б. Чичибабин

Здесь нет зимы, и снега нет,
и, кажется, нет лет,
но в океане тишины
всё тот же белый свет.
И так же сон глубок и свят,
как в тот субботний день,
как Тот, Кто опускался в ад
сквозь мрака злую сень.
И нам здесь с морем суждено
роптать на берегу
и благодати прясть руно
иголкою в стогу
волны, растущей над судьбой
и хрупкой, как дома,
над ними ветер голубой,
а на душе зима.
И тяжелеют облака,
и в тучах стынет грусть,
и исчезает на века
поруганная Русь.
Но слышно, в тернии звучит
рождественский мотив,
и луч, что от звёзды летит,
несёт небес прилив.
О, как прощаешь ты иуд,
распятая земля?
Как стоны пением зовут?
Никак понять нельзя.
Днесь Чичибабину свечу
и Галичу зажжём,
и к Небу, нашему Врачу,
молитву вознесём.
И несмотря на мертвецов,
что рыщут среди нас,
воскреснет мир в конце концов
в благословенный час.
Душа поэзии щедра,
будь свят, поэт земной.
Бог брат тебе, а жизнь сестра,
и после смерти пой.
И разлучённых исцели,
освободи от мук,
стихами раны убели,
словно касаньем рук.
Досадно, снится здесь, что нет
сияющих снегов,
но в венах голубеет свет,
как в глубине стихов.







  Людмила
  ДОБРОВОЛЬСЬКА
 
ЗІРКОВІ РОЗМОВИ

Запитала зоря у зіроньки:
– Чом всміхаєшся серед ночі?
– Бо розказують мені дівоньки
Таємниці свої дівочі.

Як кохання свого чекали
І як серденько трепетно билось,
Коли з судженим зустрічались
І душа до душі прихилилась.

Запитала зоря у зіроньки:
– Чом всміхаєшся на світанку?
– Тішусь тим, як сплять тихо дітоньки –
Мені видно через фіранку.

Проглядають сни дивовижні,
Мирно носиками посопують,
І на личка їх сонно-ніжні
Проливається світло з Космосу.

Запитала зоря у зіроньки:
– Чом всміхаєшся вранці рано?
– Бачу, як нахиля голівоньку
До своєї дитини мама,

Що плекає надії світлі
На майбутнє свого дитинчати,
Посила молитви досвітні,
Щоб його берегла Божа Мати.

Запитала зоря у зіроньки:
– А чому тебе вдень не бачу?
Та нахмурила раптом брівоньки:
– Це тому, що від щастя плачу!







  Сергей
  ДУНЕВ
 
* * *
                      Катерине

1.

Пролетела звезда,
Как мечта молода.
И по кромочке льда
Проблеснула вода.

Я тебя обниму
У звезды на виду,
Я судьбу обману –
Полынью обойду.

Я тебя проведу
Там, где нету беды.
Загадай на звезду,
Пусть исполнит мечты!

2.

Тает ночь на губах.
Твой, родная, висок
Первым снегом пропах,
Он горяч и высок...

Я с тобою готов
На край света идти.
Обещает любовь
Нам весь путь осветить.







  Марія
  ЗУБРІЙ
 
* * *

Коли розкручена пружина,
І стержень більше не трима.
Ти відчуваєш, як невпинно
В твій світ вривається зима.

І снігом, а не білим цвітом,
Нещадно скроні покрива.
І чаша радості розбита,
І в серці віра – ледь жива...

А ти не в силах щось зробити,
До неба очі підвести...
Вирішуєш, що треба жити!
Поки живеш – потрібно йти!

Бо не пройде твою дорогу
Ніхто за тебе у житті.
Тому, ще раз – подякуй Богу
За дні і роки золоті!

За кожну квіточку й травину,
За промінь сонця й небеса.
Бог сотворив тебе – Людину!
Для тебе творить чудеса!

Квітучу землю, ріки й гори,
Степи, озера і ліси!
Відчуй! З тобою світ говорить
На мові вічності й краси!







  Ольга
  МУСІЄНКО
 
* * *

Знаєш, думати – не те, що ми думаєм.
Це копатися в собі ради істини.
Це коли чужі думки ти притлумлюєш,
Бо різняться від твоїх кроєм й змістами.

Знаєш, думати – в свої двері стукати,
Намагатися ввійти, ручку смикати...
Поки вхід озветься сам дивозвуками,
І лице обдасть вітрець оксамитовий.

Натиск вітру і порив – листя крутиться.
Впізнавай слова-листочки по кольору:
Мов пір'їнки золоті, в такт ворушаться,
В них підробного нема, тільки зоряне.

Втримуй думку в голові – там їй затишно,
Поринай у пречуття, дай їй визріти.
В голові думки вогкі і беззахисні.
Дай же, Боже, на листку щоб не висохли...







  Людмила
  НЕКРАСОВСКАЯ
 
* * *

Душа сродни натянутой струне,
Звенящей при любом прикосновенье.
Мелодии рождаются во мне
И дарят неземное наслажденье
Проникновенным голосом альта,
Его особым бархатным звучаньем,
Которому присуща чистота.
И саксофона трепетным дыханьем.
И флейтой, что подобно соловью
Так звуками легко живописует,
Что кажется, под музыку мою
На небосводе звёзды вальс танцуют.







  Евгений
  ПУГАЧЁВ
 
* * *

О Господи, похоже ль на сирень?
Коры повисли жалкие остатки,
и ветки, наклонённые к брусчатке,
для холода – прекрасная мишень.
О чём ты медлишь, созерцая куст?
Куда ведёт поток ассоциаций –
незримых, призывающих вибраций,
не достигающих покуда уст?
Они тебе о прошлом говорят
иль будущее горькое пророчат?..
Но миг неразделённости непрочен –
и снова мир искусственно разъят.
Что ж, подождём, когда зима уйдёт,
развеются заклятья и химеры,
и вновь – как символ возрождённой веры –
заблещет обновленный небосвод;
когда заметно удлинится день
и в марте темноту уже оспорит,
когда, забыв про горести и хвори,
займётся изумленная сирень.







  Юра
  РАШКИН
 
РЕЛИКВИЯ
 
а было лишь полшага до любви,
когда, вдруг, наши чувства притупились
и мы с тобой на чём-то оступились
и ты сказала: «Больше не зови!»

я раненное сердце сгрёб в кулак,
решил, что хныкать с горя не пристало:
подумал, может,это и good lack,
что у меня тебя теперь не стало…

мир запестрел от впечатлений разных
вокруг красотки были хороши,
в калейдоскопе дней пустых и праздных,
транжирил я сокровища души.

забыл слова заветных чувств и песен,
что говорила мне и пела ты.
и становился мир убог и тесен,
и сер и пресен, и неинтересен,
и надоедлив аж до тошноты…

с тех пор прошло, считай, полжизни лет,
на стенах потускнел обоев пёстрый батик,
у каждого в шкафу есть свой скелет,
а у меня - твой простенький халатик…







  Володимир
  РУДОВ
 
ІГРАШКА
 
У буфетниці Лариски
Донька все просила кицьку,
Під кінець ридала навіть…
Як дитину не побавить.
І діставши у знайомих,
Принесли кота додому.
Донька з ним відтоді грає,
За хвоста одно тягає.
За кошачу схопить ногу
Й кине раптом на підлогу.
Зверху («Конику мій милий!»)
Сяде наче на кобилу.
Вийдуть разом на природу, –
Ткне кота мерщій у воду.
Від усіх цих справ негожих
Той на себе вже несхожий.
Завмира безперестанно,
То, напроти, буйним стане.
Вусів – пшик, худий, облізлий,
Наче кущ в осіннім лісі.
Мати ж рада, ледь не скаче:
Донька зовсім вже не плаче!







  Людмила
  СВИРСКАЯ
 
* * *

Рояль молчал два года. Он мечтал
Размять свои затекшие суставы
И зазвучать налево и направо –
На весь квартал.
Когда рояль молчит – он просто гроб.
И воровато я под крышку прячу
Любовь свою, свободу, нрав горячий,
Высокий лоб.
Рояль молчал. Он слушал пустоту
И ждал руки крылатой над собою...
Нет на рояле клавиши отбоя,
Как в телефоне: «туууу»...

...Была так долго сломана рука,
Что за живое тронуть не решалась...
Но все-таки вспорхнула... продышалась...
И – в облака.







  Владимир
  СПЕКТОР
 
* * *

Зима обживает пространство
         И делает призрачным время,
Прозрачность его сокращая,
         И свет умножая на мрак.
И сквозь неизбежность прощаний
        Я вместе с пространством, со всеми
Скольжу, как снежинка по краю,
        От тайны всего лишь за шаг.
 
От тайны рожденья и смерти,
         В которой любовь без ответа,
В которой вопрос, как надежда,
         А память слоёна, как снег.
Зима, как воскресшая жертва,
         Вернёт свою призрачность лету,
Где эхом пространства забрезжит
         Рассвет, как любовь, не для всех.







  Виктория
  ТИЩЕНКО

* * *

Синие рощи по имени-отчеству
ветер вдали окликает.
В небе разливистом знамя полощется.
Год – и бледнеет, линяет.

Так и идеи во времени рапчатом
меркнут, как зарево в дыме.
Только не краска с подвешенной тряпочки –
кровь, много крови за ними.

Годы Истории – страшное зодчество.
Эх, из огня – да в полымя.
Синие рощи... отечество... отчество...
Ветер протяжный над ними.

_______________________________________________________________
© Международная поэтическая группа «Новый КОВЧЕГ»
https://www.facebook.com/groups/230612820680485/