Я с Кусто не плавал на "Калипсо",

С Хейердалом не ходил на "Ра"...

Не лежал под кроной эвкалипта

И в тени персидского шатра.

Не оставил метку на Эльбрусе 

И в тайге не разводил костров.

Где Тайшет находится - не в курсе,

Не ловил в Амуре осетров.

Не нырял со склонов Меганома,

Пляжи в Сен-Тропе не истоптал... 

Не слыхал я рокот космодрома,

Не ушёл во временно́й портал,

Чтобы сняться в фильме с Шэрон Стоун,

Спеть дуэтом, стажем, с Бритни Спирс...

Или же с красоткой полусонной

Сделать ночью тет-а-тет сюрприз...

...С беспокойной не был я в Самаре, 

(Сэкономив, правда, много сил...).

Но зато в мечтах своих на Марсе 

Яблони давно я посадил...

Нас прошлое порою тормозит,

Когда в нём есть немало негатива.

При этом беспрестанно тяготит,

С ним смутной остаётся перспектива.

Психологи внушают: "Отпусти!"

И каждый рад бы следовать совету,

Чтоб открывались новые пути

И было с кем шагать по белу свету...

Но прошлое цепляет... И вперёд 

Непросто с этим грузом продвигаться,

Ускориться в дороге не даёт, 

С ним новых не найти геолокаций...

Пытаемся его перечеркнуть...

(На первый взгляд задача ведь простая).

И вот когда находим новый путь,

Нас прошлое никак не отпускает...

В мире, в котором нет места романтике,

Где всё вершат только деньги,

Судьбы тасуют ничтожные фантики,

Всё поддаётся уценке...

Явно наметился сбой в эволюции,

Нравственно люди мельчают...

И результаты становятся куцыми

С долларовыми мечтами...

Всё изменяется только не к лучшему,

Худшее - данность сегодня.

Тяжко нависла свинцовыми тучами

Нынче везде безысходность...

Может, минуют нас дни наихудшие,

(Маемся денно и нощно...).

Чтобы найти свою нишу и в будущем,

Силы мы черпаем в прошлом.

У всех с избытком их хватает,

Но для чужих они - секрет!

Плывут в сознаньи пёстрой стаей,

А в ней - чего лишь только нет...

Их множит каждое мгновенье

Всего земного бытия...

В них радость наша и сомненья,

И жизни нашей колея...

В них наши будни и победы,

Разлуки, встречи, города...

Они такие непоседы:

Туда-сюда, сюда-туда...

Порой представлены в сияньи

С теплом живительным в сердца...

Бальзам для всех - воспоминанья,

Что с нами вместе до конца.

Шагаем по жизни с надеждой,

Что словно звезда путеводная...

И где впереди неизбежность,

Она - наша точка исходная.

Лелеем её, уповая

На то, что она не обманчива.

Хоть призрачной часто бывает,

Но всё же для каждого значима.

В реальности нашей надежда

Нередко бывает единственной.

И в мире повсюду мятежном

Бывает к тому же несбыточной...

Наш разум теперь, как и прежде,

Подсказок фортуны не слушает.

Когда ж умирает надежда,

Пусть вера рождается в лучшее!

Его между прочим не дарят,

Случайно его не найдёшь.

И тщетны нередко старанья,

Цена всем усилиям - грош.

Но хочется всем непременно

Его невзначай обрести...

При этом к отдаче мгновенной

Стремимся на долгом пути.

Включая второе дыханье,

Обходим преграды... И вот

Лишь фантик в руках в назиданье...

И так день за днём каждый год...

В погожие дни и в ненастье,

Отдельно или вдвоём 

В погоне за призрачным счастьем,

Всегда от него отстаём...

Не знаем последствий решений,

Что делаем мы ежедневно.

Исход всех своих побуждений

Себе представляем примерно...

Ответ на вопрос "или - или" 

Всегда представляется сложным.

Мы вёрсты проходим и мили,

А путь получается ложным...

И каждый здесь шаг судьбоносный

И полон глубоких сомнений...

Вопросы, вопросы, вопросы...

И в каждом избыток значений...

Соблазны не вяжутся с долгом,

Советы дают доброхоты...

Стоим у развилок подолгу,

А жизнь постепенно проходит...

Наступила лета середина

И природа щедро плодоносит...

Брызжет соком зрелая малина...

И ещё не вспоминаем осень.

На морях всегдашние аншлаги,

Где вино, свидания и нега...

Обгорают в полдень бедолаги...

И в волну бросаются с разбега...

Снова нам природа даровала

Яркие закаты и рассветы...

Впечатлений всё ещё немало,

Что в стихах покуда не воспеты...

Наша песня всё же недопета

И не все получены сюрпризы...

Радостно, что середина лета!

Но, увы, не середина жизни.

У личности каждой свои идеалы,

Что всем помогают в нелёгком пути.

Но есть и такие (при этом немало),

Которые могут с дороги сойти. 

Романтики грезят тайгой и горами,

Ночами с друзьями поют у костра...

И следуют в даль за своими мечтами,

Где их будоражат шальные ветра...

Конечно, не всякому это под силу,

Не каждый находит в подобном резон.

Им чай у костра не заменит текилу

И вместо поляны приятней газон...

Не все замечают различие сразу:

Мы разные всё же. И как не крути,

Кому-то мерещится небо в алмазах,

Другим - бриллианты на пышной груди...

Идём, пропуская приметы

И лица не помним попутчиков...

Лишь множат шаги киломметры 

С неясной надеждой на лучшее...

Мигают для каждого звёзды,

(Не зря ведь они зажигаются!).

И поздно, трагически поздно

В любви признаются красавицы.

Без правил играет фортуна:

За белыми - чёрные полосы...

Души́ обрываются струны,

Услышав поклёпы вполголоса...

Идёт, кто к дороге причастный...

(Она ведь для каждого - первая).

Вся жизнь - лишь полоска препятствий...

И полоса эта - серая.

Конфуций был, пожалуй, прав...

Но если это так, 

То подтвердит и полиграф, -

Бывает всё так-сяк:

То любишь ты, но - "нет!" в ответ,

Иль всё наоборот...

Но и всезнайка-интернет

Здесь не подскажет счёт.

Понять стремятся не всегда,

Точней - лишь иногда.

Проходят бестолку года,

Как в темень поезда...

Среди житейской кутерьмы,

Коль трезво посмотреть,

То в лучшем случае все мы

Счастливые... на треть.

Каждый век своё всегда приносит

И пути начертаны для всех...

(Но иной не видит и под носом,

Время не жалея для утех...).

Ищут люди главные дороги,

Кто-то тропы выбирает вдруг...

Но везёт по ходу лишь немногим,

Баловней фортуны узок круг.

А сегодня всё смешалось разом,

Все пути скрываются во мгле...

Закипает возмущенный разум...

И неладно всюду на Земле.

Посреди толпы царит безлюдье.

Каждый день в жару и холода

Зря стою, как витязь на распутье,

Где пути идут все в никуда...

Обманул меня фотограф,

Ведь не вылетела птичка...

Птица счастья - недотрога,

У неё свои привычки.

Обещаем что угодно,

Но, как водится, - накладки...

И в итоге ежегодно 

Только пыль в сухом остатке.

Впрочем, рад я и такому:

Девам пыль в глаза пускаю...

Ну а как тут по-другому?

И они ведь обещают...

Хоть судьба скупа порою,

Обижаться нет резона.

Пусть обходит стороною,

Не для каждого корона...

Если разобраться строго:

До последнего патрона

Мне дарить не надо много,

Лишь бы не было урона.

Все в юности были орлами и львами,

Сметая с дороги любые преграды...

И шли напролом за своими мечтами...

Преследуя цель, не считали награды...

Но время идёт, а с годами - несётся...

Его не унять, можно только измерить.

Оно не прервётся, покуда есть Солнце,

Всё дальше уносит мечты и химеры...

Поэтому меньше занятий досужих, 

Становится больше событий в миноре...

Хоть с возрастом память всё хуже и хуже,

Но чётче в сознании: "memento mori"...

Но всё же и всё же есть звёзды над нами...

И светят, как прежде, мерцающим светом...

Теперь-то их видим со всеми мирами,

Куда отправляются все без билетов...

Вдоль дороги застыли рядами столбы,

Да в кювете - невзрачная поросль...

Ожидаем в пути мы подарков судьбы,

А они всё теснятся поодаль...

Вроде бы им навстречу идём, а они

Отдаляются лишь к горизонту... 

И по ходу (дорогу - кляни не кляни),

Не бывает ни льгот, ни дисконта.

Но друзья непременно подставят плечо,

Если сильно в пути утомились.

И черта недоступная с ними влечёт, 

И дорога щедра на сюрпризы...

Но, увы, их теряем на долгом пути,

Близкий круг наш становится уже...

Но с дороги уже всё равно не сойти,

Хоть с ресурсом становятся туже...

Одиноко теперь... В галдеже новостей

Накрывает всё чаще волною...

Не хватает, ах, как не хватает друзей - 

Тех, которые там, за чертою.

Снежит ли затянувшийся февраль,

Иль окрылённых долгожданным маем,

Вдруг тянет нас в неведомую даль,

Которую душою ощущаем...

С чего бы так? Всё ж, вроде, хорошо:

Стабильность, перспективы и зарплата...

Но хочется, глотнув на посошок,

Рвануть туда, где всё замысловато...

Там нету банков, нет и должностей,

Там нет министров, ЖЭКов, указаний...

Но есть простор морей, лесов, степей,

Речушки без туристов и названий.

Там тишина, покой и благодать,

Лишь на ветру колышатся берёзки...

И хочется за это всё отдать,

Оставив только пару папиросок...

Но путь туда заказан. Дело в том,

Что с детства мы стреножены порядком

И это заключается в одном:

Нельзя всего! И точка! (Если кратко).

И вот мы тянем будни на себе...

А даль влечёт... И надо без оглядки

Рвануть наперекор своей судьбе,

На старте отметая разнарядки...

Ждём всю жизнь у моря мы погоды...

(Нужное не очень-то спешит).

И случается, судьбе ты неугоден,

Потому что слишком уж ершист.

Ласково судьба не часто гладит,

(Многим лишь затрещины даёт).

И кто с нею не особо ладит,

Тех пинком напутствует в полёт... 

Долго ожидаем долгожданных,

Бесит бесконечности процесс...

(Разве что для очень-очень странных

Это представляет интерес).

Жизнь вся из прибытий и убытий...

(Их порой меняют невзначай).

Если надоело ждать событий,

Вот бери и сам их создавай!

По-белому завидовать бы можно 

Античным музыкантам и поэтам.

Сегодня всё сомнительно и сложно...

Поэты разбрелись по белу свету...

И людям даром не нужны сонеты,

Элегии, катрены и поэмы...

Купюры актуальны (не монеты!),

Насущны махинации и схемы.

Живёт народ с годами только хуже,

Ему и самому нужны котлеты.

И хлеб ему, конечно, тоже нужен,

(Да и вино для нищенской диеты).

Зато уже никто не потревожит

Поэтов отрешённых на Парнасе:

Живи себе, надейся... Может, позже 

Пополнят люди скудные запасы...

И веря в перспективу, стихотворец,

Несуетно твори в своём жилище...

И хоть порой испытываешь горечь,

Довольствуйся пока духовной пищей.

Такое бывает у всех порой:

(Причину не знает никто)

Строка появляется за строкой...

И строй их всегда простой.

При этом лишь непонятно одно:

Откуда берутся слова?

Выходит всё сразу и как должно...

И правка нужна едва.

Дерзают поэты в полночный час

И лёгок их вольный стиль...

Рифмы сплетаюся в ритме кружась...

Не ожидается штиль.

И мне служит полночь проводником...

(Есть в этом причина своя).

И вновь кто-то водит моим пером...

И это... совсем не я.

Прошло сто лет... Вокруг сплошная проза...

И вместо грёз - лишь скучный прагматизм.

Из дальних стран доставленные розы

Едва ли вызовут возвышенный лиризм.

Они теперь не с прежним ароматом,

Ведь "химии" изрядно в лепестках...

И результат получится превратный,

Коль попадёт хоть малость на уста...

В былые дни все розы были свежи,

(При этом только - "а-ля натюрель")

И лепестков томительная нежность 

Ласкала губы мадемуазель...

Не кажется Земля сегодня раем,

От давних роз следов нет никаких.

Но это больше роли не играет,

Ведь нету тех, кому дарили их.

В уютных залах филармоний,

И в залах городских ДК

Вникаю в нотный мир гармоний...

(Причастен сам к нему слегка).

Ноктюрны нравятся Шопена 

И песни группы "Ариэль"...

А также Шуберт неизменно:

"Вечерней серенады" трель...

И в списке личностных признаний 

Всегда присутствуют ВИА,

Где "Песняры", "Цветы", "Земляне"...

И экзотичная "Ялла".

Плюс - зарубежные кумиры:

И "Shocking Blue", и "Queen", и "Beatles"...

Что до сих пор звучат в эфире,

С Олимпа не спускаясь вниз.

И эти ноты - милость божья -

Инициируют... frisson*:

Мурашки бегают по коже...

Само сознание - как сон...

А вот когда стихи читаю,

(Или пишу их при луне)

Эмоция вполне простая

Вдруг проявляется во мне:

Фриссона нет, есть в сердце тяжесть

И на душе сюжетов груз...

Слова - не ноты (каждый скажет),

Эффект несхож у разных Муз.

Но можно всё начать сначала:

Стихи вплетаются в клавир,

Чтоб дальше песня зазвучала

Уже с фриссоном на весь мир!

*frisson (франц.: дрожь, озноб)

Вакансий много для рабочих,

Для журналистов и врачей...

Но нет вакансий между прочих 

Для тех, кто исстари ничей.

Он вроде есть и вроде нету,

Хоть на устах, не на виду.

И вроде бы открыт он свету,

Но с большинством он не в ладу.

Он вечный странник во Вселенной,

Её масштабов и времён...

То обличитель, то - блаженный,

В себя извечно погружён.

С ним говорить - сплошная мука:

Всегда он на своей волне...

Его по делу (не от скуки)

Такой же лишь поймёт вполне.

Его слова - основа песен,

И если уж начистоту,

Лишь для того он интересен,

Кто любит свет и красоту. 

А мракобесам он не нужен,

(У них совсем другой кумир).

Он справедлив и простодушен,

Несёт добро он в этот мир.

Понятно здесь, о ком катрены,

Кому открыт весь белый свет.

Хоть без вакансии, но верный

Служитель лирики - поэт.

Тяжело на планете поэтам:

Рвёт реальность их тонкие души...

(Та реальность кровавого цвета)

И события тяжестью душат...

Им бы небо навек голубое,

Им бы радугу что на полнеба!

А вокруг - совершенно другое:

Всё убого, свинцово, нелепо...

Нет гармонии, мир в диссонансе,

Где жестокость царит вместо права.

Все вопросы решают финансы...

И в упадке поэтому нравы.

Как на это смотреть не краснея?

Ощущая и сердцем реальность.

Как её сознавать не бледнея?

Сохраняя при этом моральность...

Тяжело на планете поэтам,

Где конфликты идут переменно...

Но в борьбе между тьмою и светом

Место есть и для них неизменно.

"Если б миром правили поэты..." 

Если б миром правили поэты,

Все бы жили в самом лучшем мире!

Рай бы воплотился на планете,

Ни к чему бы стали командиры...

В прошлое ушли бы всюду войны

И свернулись дикие майданы...

Стали бы все матери спокойны,

Подружились бы навеки страны...

Сгладились бы давние конфликты,

Люди бы в гармонии все жили...

Навсегда б исчезли аферисты,

А законы были бы все в силе...

Только не допустят живоглоты,

Чтоб обрушил кто-то их устои.

Есть у них особенные квоты,

Лишь бы не пустить во власть достойных.

Вместо них плутов туда толкают...

(Толкачи - магнаты, финансисты).

В мире ситуация такая,

При которой люди - лишь статисты...

Правду чёрной краской заливают,

Справедливость напрочь растоптали...

Миром нынче правит злая стая 

Без малейших признаков морали.

Места нет для совести и чести,

Доллары лишь сфера интересов.

Но есть место подлости и мести

В гиблом закулисье мракобесов.

Нет просвета в этом тёмном царстве,

У кормила власти - проходимцы,

Преуспевшие в тиранстве и коварстве,

С маской добродетели на лицах...

И покуда правят отщепенцы,

Не наступит праведная эра,

А продлится - никуда не деться -

Время без надежд, любви и веры.

Не дают подсказку в интернете:

(Там иные множатся сюжеты...)

Хорошо бы стало на планете,

Если б миром правили поэты.

В Стамбуле невозможное

Увидеть довелось:

Картина некиношная,

Нешуточный вопрос:

У местного служителя

(Что тёмен, как базальт)

Заметил вдруг разительно 

...Небесные глаза.

Откуда бирюзовые 

В ненашенских краях?

Табу средневековые,

Видать, ответ хранят...

Откуда ясноокие,

Где каждый смуглолик?

Традиции жестокие

И тень былых владык...

Здесь берега невольничьи,

Где не было надежд...

И правила разбойничьи,

И доброты рубеж.

Здесь площади торговые,

Где не было дилемм:

С глазами бирюзовыми 

Рабынь вели в гарем...

Оставив след в генетике

И высохших слезах,

Среди осман заметные

Их светлые глаза...

Через века наследственность 

В чертах отражена,

Невольниц тех естественность

Порой и здесь видна...

...За них никто не молится.

И гнёт познав оков,

Глядят глаза невольницы

Из глубины веков...

Должен должник кредитору

Точно согласно инструкций...

Во избежание споров,

Долг есть в статьях конституций...

Должен всегда государству

Каждый, кто в нём проживает...

Должен больной за лекарства

И безбилетник в трамвае...

Должен всегда алименты

Бывший супруг при разводе...

И отражать дивиденды 

Должен бухгалтер в отчёте...

Должен служитель на службе

Функцию делать исправно,

Должен за рюмкой по дружбе

Вспомнить приятель о давнем...

Пояс затягивать туже

Должен должник нерадивый,

Не околачивать груши

Должен работник спесивый.

По расписанию точно

Поезд проследовать должен...

Должен писать между строчек

Тот, кто цензурой стреножен...

Должен супруг твёрдо помнить 

Сам о супружеском долге...

А на свиданиях томной

Фи́фа должна быть подолгу...

Долг опоясал планету...

Всяк обязательно должен.

Акции, пошлины, сметы,

Банки проценты итожат...

В мире одна только сфера,

Где исключенье возможно:

(В прошлом ли, наша ли эра -

Издревле суть непреложна).

Там нет понятия - "должен"

И о контракте - ни слова.

Всё для влюблённых возможно!

Но на взаимной основе.

Нынче в моде интернет,

Где чаруют маги...

Попугаев больше нет

С текстом на бумаге.

Не подскажет воробей,

Промолчит синичка...

Но ещё полно идей,

Чтоб пройтись по списку...

И дорогу в лес найду.

Выйдя на опушку,

Ритуал я соблюду -

Выкличу кукушку.

Напророчит мне она 

Много лет счастливых...

А любви дано сполна

И на перспективу...

Любовь бесконечна, безмерна она...

Флюиды её есть повсюду...

Неважно - зима за окном, иль весна,

О ней никогда не забудут.

Есть в каждом мгновенье частица её,

Она и в душе есть, и сердце.

И каждый влюблённый привносит своё

Без слов, назиданий и лекций.

Любить можно родину, девушку, мать,

Искусство, морские просторы...

Любить можно всё: размышлять и мечтать,

Равнины, полесье и горы...

В любви отразился божественный код,

В ней истинный смысл созиданья...

Она направляет движенье вперёд 

И жизнь без неё - наказанье.

Пусть каждое сердце имеет предел,

Но может в нём всё разместиться,

Ведь даже в сумятице будничных дел 

Не в силах одно измениться:

Навряд ли оспорит мятежный кумир,

Прагматик и скептик капризный:

Кто любит природу, тот любит весь мир!

И в этом действительность жизни.

Каждому отмерено судьбою 

Поровну и счастья, и страданий...

Кто-то добывает счастье с боем,

Кто-то терпеливо ожидает...

Но оно так просто не даётся,

Как журавль, парящий в синем небе.

Нету к счастью компаса и лоций,

Долог путь, коль изначально беден...

Главное при этом - осознанье:

Можно ведь его и не заметить

В череде из встреч и опозданий,

За мельканьем чисел вечной сметы...

В толчее столиц и деревенек 

Счастья всем рассеяны крупинки...

Для кого-то счастье - куча денег,

Для кого-то - новые ботинки.

Есть рецепт, хотя не всеми признан

И дойдёт до многих лишь под старость:

Счастье - это радоваться жизни

И дарить любимым только радость.

Как былые летописцы

От темна и до зари

Пишут в сёлах и столицах

От души не для жюри...

Пишут оды и сонеты,

Стансы, хо́кку, рубаи...

Бдят усердные поэты,

Строчат опусы свои...

И ни денег нет, ни славы,

Только непрерывный труд...

И причин тому нет здравых,

Только соли вечный пуд...

И скрипит перо ночами...

Лишь водицу пьёт поэт...

Он часов не замечает...

Выходных в работе нет.

Не толчётся на Парнасе,

(Там своих лишь хоровод

Из любителей украсить

Даты, речи... круглый год).

Но зато итог нескудный:

(И причём не задарма!)

Вместо злата и валюты -

Горы пищи для ума...

       

      * * *

Поэты - одинокие скитальцы,

Что мысленно в неведомых мирах...

А на Земле - всего лишь постояльцы,

Несущие сияние впотьмах...

Но часто их стихи не замечают

И строки все уходят в пустоту...

Не слышат за досужими речами,

Гармонии не видят красоту.

Но нету в том печали для поэта.

Когда-нибудь поймут его стихи...

Их птицы разнесут по белу свету

И будут звонче всех земных стихий...

А главное - запомнятся любимой

(Не только те, что ей он посвятил)

И всей Вселенной - зримой и незримой,

Пока ему на всё хватает сил.

Не все любимчики Фортуны,

Не каждому даётся фарт.

Немногим - лайнеры и шхуны,

А большинству в пути - плацкарт...

Джекпот мифичен в лотереях,

(Как и удача в казино).

В кино лишь множатся трофеи,

А в жизни чаще видим дно...

Живём, наивные, с надеждой,

Стремясь за дальний горизонт...

Хотя сегодня, как и прежде,

Лишь наполняем чей-то фонд...

Фортуна издавна такая,

Что с нею вряд ли пошалишь:

От жизни много ожидая,

Мы получаем чаще - шиш.

Немногим удаётся много,

Но многим чаще - с гулькин нос...

И лишь сбывается в итоге

Всегда один для всех прогноз...

Покуда ждём судьбы сигналов,

Всё повторяется, как встарь...

Хотя не столько "рябь канала",

Сколь - вечный лунный календарь.

Занятная идея! Только вряд ли

Имеет смысл так быстро просыпаться,

Ведь будут все, конечно же, не рады

Итогам вековым (и даже вкратце!).

Все войны, что случились за столетье,

Забрали столько жизней и ресурсов,

Что невозможно это не заметить...

(От стресса можно даже сбиться с курса!).

Поэтому резонней спать подольше...

Похоже, что уже лет через двести

Мир будет сер, пустынен и заброшен,

Где время словно замерло на месте...

При этом, по предвиденью Эйнштейна,

Придётся всем с дубинами побегать,

Не говоря ещё членораздельно,

А в перспективе - разве что телега...

...И нет пути в безумном этом мире,

Что выведет людей из мракобесья.

И нету впереди ориентиров,

Поэтому финал почти известен...

Туманность Андромеды недоступна,

(Ведь на Луну ещё едва летаем...).

Но, веря в невозможное, подспудно

Ночами о несбыточном мечтаем...

И всё-таки есть выход для поэта:

(Не нужен здесь ни лоцман, ни диспетчер),

А просто - на границе тьмы и света

Уйти в себя на сутки, иль... навечно..

Человек идёт по мелководью -

Это дождь собой наполнил лужи...

Может, человек теперь ненужен,

В одночасье стал он неугоден.

А, быть может, просто настроенье 

У него такое спозаранку, 

Что отступит как по мановенью

Палочки с флажком на полустанке:

Стрелочник махнёт ему - давай-ка,

Двигайся, приятель, путь свободен!

И заслужит множество он лайков...

(Это слово всюду нынче в моде).

Ну а может, всё идёт по плану

Кем-то утвержденном в поднебесье...

И не кажется картина странной,

Да и ливень никого не бесит...

Но не объясняют всё прогнозы.

Если ж разобраться потолковей, -

Может, то не дождь, а чьи-то слёзы,

Слёзы неудавшихся любовей...

Подсказок после школы не услышишь,

В дальнейшем - жизнь подсказчик и учитель.

Притом займёт свою не каждый нишу,

Кого-то быт при этом обезличит...

Любой из нас слонялся на распутье,

Где выбор есть, но нет при нём подсказки.

Куда идти? Не зная, горько шутим,

Меняя лишь подержанные маски...

В досужей суете порой стремимся

К высокому слегка хоть прикоснуться...

Поможет просвящённая столица

Мечтающим в культуру окунуться...

Желая к Мельпомене приобщиться,

Обходим контролёров, билетёров...

Снуют вокруг изменчивые лица...

"Весь мир - театр", где нет, увы, суфлёров.

Как люди обычные с виду...

И только глаза неизменно

Добра испускают флюиды,

Себя проявляя мгновенно.

Их можно увидеть, не зная,

Вернее - не понимая:

С кем только что ехал в трамвае,

Иль праздновал Первое мая...

Они не чинуши, не клерки,

Но в чём-то миссионеры...

Бессильны обычные мерки,

Ничем их талант не измерить.

В пространстве живут многомерном,

Тесны́ им небесные своды.

Поэты - посланцы Вселенной,

Туда же они и уходят...

Пусть те, кто верит в трёх слонов,

(Что на себе всю Землю держат),

Дойдут тогда и до основ.

И вспомнят тех, чей дух мятежен.

Как видим, люди на Земле

Ещё друга друга не добили,

Культура всё ж не на нуле,

Да и прогресс не обнулили...

Слетали, вроде, на Луну,

И все владеют интернетом...

Но мир, как прежде, на кону,

Идёт борьба меж тьмой и светом...

Конечно, важен здесь любой:

Учёный, техник, педагоги...

Но ду́ши требуют любовь,

(Хотя даётся лишь немногим).

И здесь главенство не слонов,

А музыкантов и поэтов.

Без них - как ночь без сладких снов,

Как дом без солнечного света...

И пусть не держат на плечах

Ни менестрели, ни ваганты

Земную твердь, но в их словах 

Планеты нашей бриллианты.

Без них - как леди без колье,

Как расставанье без печали...

Не будь поэтов на Земле,

Совсем бы люди одичали.

Хронос непрерывно лупит в бубен

И часы сливаются в года...

Наша жизнь - чреда бесцветных буден,

Где возня одна - туда-сюда...

Ничего не видим за мельканьем 

Чисел на листках календаря.

Вместо встреч - привычны расставанья,

Разговоров праздных мишура...

Вертимся мы все в водовороте

Суетных событий каждый день...

И при этом время-то уходит,

А порой бежать ему не лень...

Правда, существует способ верный,

Чтобы время приостановить

И влиять существенно, к примеру, 

На времён связующую нить:

В городе, в посёлке удалённом, 

Избегая мелочных интриг,

Надо бесконечно быть влюблённым,

Чтоб остановить хотя бы миг.

Мне совсем не нравятся вокзалы:

Меньше встреч, но больше расставаний...

Где разлука шаркает устало

Посреди безрадостных прощаний...

Здесь тревогой полнится пространство

И, усилясь нудными гудками,

Пребывает в вечном диссонансе,

Маясь между прежними следами...

Долгими объятья не бывают,

Следуя лимиту расписаний.

Прибывают люди, убывают...

В хаосе всегдашних опозданий.

Здесь слова не сходятся со смыслом,

Он потерян в вечной суматохе.

Посреди меняющихся чисел

Мельтешат фигуры, лица, ноги...

Снег покрыть перрон не успевает,

Быстро он смывается слезами...

Линия стальная отсекает

Всё, что остаётся за плечами...

Ну и пусть сменяются вокзалы,

Поезда, унылые перроны...

Если что, их сменим на причалы

И в морях найдём свои резоны.

Долга́ зимою стылой ночь,

Но можно скоротать:

Всегда друзья придут помочь,

Когда хандра опять.

...Легка их поступь под луной,

Полночный разговор...

Не пьём вино (настрой иной),

Окончен давний спор.

Порою просто мы молчим,

Порою - говорим...

Хоть время позднее, в ночи

Спешить не надо им.

Течёт беседа за столом,

Спокойные слова...

И вспоминаем мы о том,

Что помнится едва...

Друзья мои - как братья мне.

Мы вместе много лет

Во всём считались наравне -

Без званий и анкет...

Могли поспорить, но потом

Могли, испив вина,

Договориться обо всём,

Пируя допоздна...

Могли не видеться порой

Годами, но всегда

Спешили с помощью любой,

Когда пришла беда...

...Несёт их лунная ладья,

В душе оставлен след...

Во сне приходят к нам друзья,

Которых больше нет.

ГОЛОС С НЕБЕС 

Так бывает, что нет ни гроша,

Ни друзей, ни родни не осталось.

Зачерствела от горя душа,

Холодней стала даже металла...

И в судьбе - беспросветность одна,

Не с кем этим давно поделиться.

Перспектива одна лишь видна...

А вокруг - безразличные лица.

На душе - словно камень лежит.

(Нету силы уже, чтобы сбросить).

Находясь у последней межи,

Лишь вопросы, вопросы, вопросы...

Что, старик? - усмехнётся судьба, -

Иль тебе отдавала я мало?

Что с того, что теперь на бобах,

Горевать всё равно не пристало!

Говорю я тебе напослед:

Изгони ты из сердца унынье!

И увидишь ещё дивный свет...

Осознай же и это отныне:

Человек, если может дышать,

(Пусть весь мир оказался жестоким),

Если связана с кем-то душа,

То не может он быть одиноким!

Все роли издавна расписаны...

И каждый исполняет лишь свою,

Где все события нанизаны,

Есть место каждому в строю...

Хоть амплуа менять не велено.

Меняет лики тайный глобалист...

Суфлёр представит текст проверенный,

А бутафор подсунет чистый лист.

Здесь, в гуще мести и предательства,

Статисты нарушают уговор...

Сценарии всем пишут обстоятельства,

Где хронос - беззастенчивый гримёр. 

"Терзают смутные сомнения":

Среди конфликтов, войн и давних ссор

Вдруг возникает осмысление,

Что где-то есть всемирный режиссёр...

Он явит лик (и то лишь на мгновение,

Ему претит софитов яркий свет).

И ахнут все в финале представления,

Кто думал, что его в помине нет.

2026 

© V. V.