***
заколоченные дачи,
крест на крест переиначат
летнего тепла зрачки,
и опять о снах солги
иволги и летнем плаче,
где помятые кусты,
гнёзда, не для передачи,
в травах поздних,
однозначны,
и покинуто пусты.
заколоченные дачи,
так останешься внутри
окна мерзлые протри
зимней спячке, незадача,
и реши, когда заплачут
от морозной лютой сдачи
половицы, иней с мятой
в сонной дерева крови,
где поспешно, неопрятно
пальцев отпечатки, пятна
лето спрятало внутри.
***
ложки вздрагивают чайные
по стаканам дребезжат,
то плацкартами плацкартными
по ландкартам за ландшафтами
в небе ангелы летят.
их преследуют наследуют
их пути и ремесло
механические лебеди,
смерти смерть взяв на крыло.
и упав туда, где сказано,
разорвав собой зенит,
ангел первый из обязанных
головой в траве лежит…
и второй и дальше-дальше
протрубили протрубят,
в трубном не бывает фальши…
ангелы летят, летят…
первый - маленький кудрявый,
в красном галстуке другой
с медной утренней трубой,
третий - с аленьким значком,
а четвертый самый старый
с мертвым толстым языком,
пятый - меченый на славу,
а шестой - и сам весь - ад.
и другой- седьмой - упрямый
ангелам трубит - трубят…
***
серое, серые крыши…
утрачен красочный слой,
на стекла ненастье надышит,
по жести дождя разнобой.
и сколько капель для счастья,
и кто обогреет теплом…
и туч обшлага безучастно
текут, убегают. и слом…
слом разноцветного мира:
- не по заветам отца.
свергают, стирают кумира...
утрачены фрески, лица
не увидеть и взгляда,
и пальцев, сведенных в щепоть,
погасла дневная лампада.
- а соли, возьми от щедрот.
и серое, тихое рядом
во влажном туманном простом,
упавшим листом виноградным
холодным целует ртом.
Птицелов.
поменяй мне чижа на щегла
или двух желтохвостых овсянок.
и у каменки свой полустанок
у дороги в полянах окна.
поменяй мне судьбу на два дня.
на часы лишь с тобой в чистом поле,
на мгновенья любви, чья вина -
сеть раскинута - божья неволя.
от холодного солнцестояния
и от дней, всё короче- длинней,
превращения сплошного ненастья
в голоднее себя сизарей,
желтогрудых, почти что невинных
и до дрожи в сбитых слезах,
в красных крапинах или кровинках -
и в растерзанных божьих плодах.
поменяй мне чижа на щегла...
и у каменки свой полустанок...
и дорога в поляны легла
для оставшихся в травах овсянок.
***
хожу по золоту, листая осень,
от золота туга деревьев осыпь,
горчит червонной ягодною кровью,
и жухнет медью, малахитной солью
питает травы, и под сапогами
становится землей. не помогает
у рек изъятое, старательно отмытое,
обогащенное, работное, добытое,
забыть, осенней драгою объятое,
как слиток, по листку, глазами взятое.
***
в ряби чуть видной, рябиновой дрожи
день - краткий год, нелюбви подытожен..
выпит закат, как лечебное средство,
красного с синим дождливое между
долгим ночным и бессонным метаньем,
встречным, попутным - всегда- ожиданьем.
и у тумана, что дышит в окошко,
выпытать тайну твою, и немножко
сердце, как птицу, в ладони согревши,
тихо сказать: улетай утром вешним.
и возвращайся к осенним стремнинам,
к ягодам сладким и горьким рябинам,
долгим дорогам, и тропкам случайным...
к тихой свободе, что так беспечальна...
А*
и собирая сор и розы всех помоек,
репейника прилипчивую рань,
раскрыв его головку, словно сонник,
чешуйки целовать и слушать брань
колючек об израненные губы
и капли крови принимать, как дань,
предвестия, когда взыграют трубы
и разорвут несказанным гортань.
***
лучший поэт - мёртвый поэт.
ведь читатель по сути - некрофил.
...поэт - сорвавшийся с крыши или...
на ручке дверной...
но все слышат - что он говорит-говорил,
писал из могилы могил.
классики всегда памятниковый посыл.
… а он бы себя со всех плёнок смыл,
набело черновую - эту...- переубил ...
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.