Планета Гизиа и рядовой Чиж

Планета Гизиа и рядовой Чиж.
(Из воспоминаний космонавта исследовательского флота.)


Всё началось ещё с тех давних времён, когда человечество, при помощи сверх чутких приборов, овладело, наконец-то, искусством очень точно находить экзопланеты земного типа. И не просто находить, а чётко определять у них состав атмосферы, наличие воды, суши и высокую вероятность присутствия жизнеподобных форм.
Восемь лет назад, в созвездие Дракона, нашли звезду типа «жёлтый карлик», и всего на расстоянии в 2,5 световых лет от нашего Солнца и с очень похожей планетной системой. В «зелёном» поясе этой звезды обнаружили две планеты земного типа и с условиями подходящими для существования человечества. Ну, а когда астрогеологи доказали на одной из этих двух планет наличие алмазных месторождений, то события стали развиваться ещё быстрее. Дело в том, что человечество на своей родной планете полностью исчерпало все возможные месторождения алмазов, а производство искусственных – никак не устраивало истинных ювелиров.
В этой связи было бы неправильным игнорировать факт, что к тому времени учёные раскрыли секрет покорения межзвёздного пространства, и путешествие от одной звезды до другой уже не представляло такую неразрешимую задачу, как это было в не столь далёкие времена.
Незаметно пролетели три долгих земных года, и на лунном монтажно-орбитальном комплексе был создан новый космический корабль. Его специально построили по заказу межпланетного правительства для полёта к экзопланете n, обнаруженной новейшим субмиллиметровым телескопом модели «Королёв-3». Звезду этой планетной системы окрестили индексом «К-3-77z», такова была давняя традиция, новые звёзды и их планетные системы нарекать именем того телескопа с чьей помощью и было сделано само открытие.
Пока шло обустройство звездолёта, межпланетный административный союз зря времени не терял и одновременно занялся подбором кандидатов на полёт, создавая и утверждая списки членов звёздной изыскательской экспедиции.
Точно в назначенный срок произошёл торжественный старт астролёта в сторону созвездия Дракона. После не очень длительного перелёта, ровно через десять месяцев и семь дней, межзвёздный корабль благополучно вышел в район звезды К-3-77z и стал искусственным спутником исследуемой планеты.
Вот так я, рядовой космонавт исследовательского флота Руслан Чиж, оказался на планете, которую решили назвать (на общем собрании, кстати, даже протокол имеется) необычным именем – Гизиа. Правда, некоторые из экспедиции, в основном это были женщины, усомнились в корректности такого названия для экзопланеты. Им оно напоминало вывеску одной турецкой фирмы по производству модной женской одежды. На что командир астролёта резонно заметил; - Раз большинство так решило, значит, так тому и быть. А то, что название планеты созвучно с турецким модельным домом, так это чистая случайность.
Теперь хотелось бы кратко описать то место, куда нас занесло волею авантюрной судьбы. Звезда, вокруг которой вращалась Гизиа, относилась, как уже говорилось, к жёлтым карликам и была лишь на пять процентов крупнее нашего родного светила, но вдвое старше по возрасту. Ну а самое приятное известие преподнесли ребята из корабельной обсерватории. Они до последнего держали в секрете, что Гизиа имеет естественный спутник, типа земной Луны. С названием спутника особенно не стали задумываться, решили присвоить привычное земное название – Луна. Остальные планеты этой звезды располагались совсем не так как возле Солнца. Гизиа хоть и находилась в зоне обитаемости, но была предпоследней в группе местных планет. Те, что находились ближе к звезде, были не жизнепригодны. Это газовые гиганты и небольшие планеты типа Меркурий, почти сплошь состоящие из морей и озёр расплавленных металлов. А на самой крайней орбите от звезды вращалась ещё одна землеподобная планета, но по нашим меркам она была слишком прохладная и её исследование отложили на потом.
- Руслан! Рядовой космонавт Чиж! – окрик бригадира инженерного блока прервал мои размышления о вечности вселенной, - Повторяю ещё раз, для особо задумчивых парней. Рядовой Чиж, ты сегодня продолжаешь исполнять обязанности старшего по обслуживанию горнопроходческого комплекса. Особое внимание следует обратить на блок фасовки готовой продукции. Вчера у главного инженера были замечания по поводу работы данного блока. Как понял, Руслан?
- Так точно! – громко ответил я, беря под козырёк, - Всё проверим, всё устраним, можете не сомневаться, уважаемый Линь – Хонг – Цяо!
- Не напрягайся так, Руслан, - бригадир широко усмехнулся, и его восточные глаза превратились в узкие щёлочки, - зови меня просто, Линь. Моё полное имя для тебя трудно произносимо. Без обид, хорошо?
- Хорошо, бригадир Линь - ответил я уже нормальным голосом, согласно кивая головой, - Все замечания главного инженера будут устранены незамедлительно.
- Вахтенная команда! – в голосе бригадира зазвучало торжество самого момента, - Проверить защитные скафандры на герметичность! Приступить к загрузке в спускаемый аппарат! Штурман, ГПР (горнопроходческая разведка) номер три готов к старту. Место посадки квадрат пятнадцать - тридцать семь.
Раздался резкий и короткий звук предупреждающей сирены, последовал мягкий толчок, и наш спускаемый челнок оказался в открытом космосе. Последовало пять минут беззвучного парения в космическом пространстве, за это время можно было полюбоваться завораживающей панорамой чужой планеты, потом тишина сменилась грохотом и рёвом падения сквозь плотные слои атмосферы, и снова пять минут плавного снижения. Ещё толчок, на этот раз более ощутимый, и мы уже на поверхности полевого космодрома.
- Поздравляю вас, парни, с прибытием на планету Гизиа! – облегчённо выдохнул бригадир, открывая свой гермошлем и весело улыбаясь, - Ну, кажется, на этот раз пронесло! Кому надо поменять памперсы? Это можно сделать снаружи, вон под теми сине-зелёными кустиками. Да не бойтесь вы так, - это бригадир обращался уже к тем, кто спускался на чужую планету в первый раз, - местный воздух вполне пригоден для дыхания. Только проявляйте разумность и осторожность, Гизиа имеет более высокий процент кислорода, чем на Земле.
Мы выгрузились, челнок со свистом улетел за следующей партией космонавтов-исследователей.
- Видите вон ту небольшую горку со сверкающей вершиной? – непринуждённо спросил бригадир Линь, хитро сощурив свои глазки – щёлочки, - Нам туда, там наше рабочее место. Стройся в шеренгу по одному и вперёд, шагом марш!
Первые два километра нам дались легко, но потом начало сказываться длительное отсутствие земной гравитации во время межзвёздного перелёта. Конечно, мы знали, что на Гизиа гравитация немного больше, чем на родной планете, но этого «немного» нам хватило за глаза. Через двадцать минут все выдохлись окончательно, не помогали ни напитки с биостимуляторами, ни экзоскелеты.
- Всё…, привал…, - еле выговорил непослушным языком бригадир, - Всем лежать двадцать минут! – и повалился обессилено на изумрудную траву.
Первые трое суток нас ещё, как метко заметил один из моих сослуживцев, «крутило и колбасило». Потом пришла желанная адаптация, и жизнь пошла веселей. Горнопроходческий комплекс равномерно вгрызался в алмазосодержащую породу, сотрясая местную почву, рабочие ловко упаковывали ящики с породой в гравитационные ловушки и, под присмотром бригадира, отправляли ценный груз на соседний горно-обогатительный комбинат, сокращённо ГОК.
Работали парни в четыре смены, разумеется, кроме меня и бригадира. Мы были единственными в бригаде на кого подобный режим не распространялся. У нас был ненормированный рабочий день, но это очень хорошо оплачивалось, да мы и не ощущали какого-нибудь переутомления. Автоматика, управляемая искусственным интеллектом, исправно направляло добытую руду на ГОК, а мы с бригадиром лишь изредка контролировали процесс на своих мониторах, и лишь в ночную смену нас подменяли наши уполномоченные, которые имели право будить нас в случае форс-мажорных ситуациях.
Незаметно вахта приближалась к завершению нашего срока и вдруг, почти в середине второй смены, горнопроходческий комплекс выдаёт объявление голосом, одновременно продублировав на экране, «Через семь минут вынужден дать команду на прекращение работ. Впереди большие залежи графита, отмечается крутое падение породы вглубь планеты. Алмазосодержащая порода появится на глубине шесть километров. Рекомендую все работы приостановить и сообщить администрации».
- Ну, космический Бог! – выругался я страшным галактическим ругательством, - Ты это слышал, бригадир Линь?
- Слышал, Руслан, не глухой, пока что, - ответил бригадир с выражением явной досады на лице, - Кажется, этот искусственный интеллект дело говорит. Стоп машина! А ты, Руслан, не расслабляйся. Займёшься профилактикой всех систем комплекса, рабочие тебе помогут. Ну а моё дело сообщить о случившемся директору экспедиции, заодно пусть геологам холку намылит. Они-то куда смотрели? Теперь вахтенный план под угрозой. Ну, чего стоишь? Бери гаечный ключ на тридцать, да кувалду и вперёд!
Вот такой у нас бригадир Линь, сначала поворчит, но по делу, а потом посылает куда следует, ну чтобы под ногами не путались. А насчёт гаечного ключа и кувалды; так это у него просто любимая присказка.
- Послушай, Линь, - я не слишком торопился покидать своё привычное рабочее место, - ты случайно не в курсе, у этого интеллекта имя есть, или как?
- Есть, конечно, - лицо бригадира расплылось в широчайшей улыбке, - у него очень простое имя, Ии.
- Как? – лицо моё начало приобретать довольно глупое выражение, - Я не совсем понял, Линь. Поясни, пожалуйста.
- Но это же так просто! – Линь подкатил глаза вверх, - Ты же не баран, Руслан. Должен был сам догадаться. Искусственный интеллект, сокращённо Ии. Теперь-то понял?
- Ладно, Линь, пойду я. Давно пора провести профилактику комплекса, - ответил я бригадиру, испытывая неловкость за свою первобытную тупость.
Прошло почти три часа, прежде чем администрация корабля приняла очередное решение по возникшей проблеме. После длительных консультаций и согласований было приказано перебазироваться на новую точку, так как геологи нашли ещё один выход алмазной породы на поверхности планеты Гизиа. Наш отряд послушно сменил дислокацию, соответственно координатной сетки и принялся за прерванную работу.
До окончания нашей вахты оставалось чуть меньше двух земных суток, а странная ситуация с внезапным пропаданием алмазосодержащей руды и появлением графита повторялась ещё трижды. Бригадир Линь исчерпал весь свой запас ругательств на всех языках Земли, а багаж сквернословия был у него очень богатый. Мы даже не подозревали, что такие слова существуют, и в тайне восхищались способностями нашего предводителя. В конце концов, до высокого начальства дошёл смысл всех пожеланий, высказанных бригадиром в ходе многочасовых дискуссий, и нам был отдан приказ работы приостановить, оборудование законсервировать и возвращаться на корабль.
На пассажирской палубе я встретил знакомого из отряда космогеологов, он ещё издали призывно семафорил руками, парню явно не терпелось о чём-то меня расспросить.
- Привет, Руслан! – Валдис ехидно улыбнулся, - А что за хрень там у вас случилась? Начальник нас материл и в хвост, и в гриву. Теперь посылает на внеплановую перепроверку разведданных на местности. Понимаешь, ведь такого, что там случилось, просто не может быть!
- Валдис, дружище, да я сам ничего не понимаю и недоумеваю, точно так же как и ты. Но это, действительно, было. Такое впечатление, словно это месторождение с нами в прятки играло. То исчезает, то появляется. Но вы, я надеюсь, разберётесь? Раз тебя тоже взяли и, наверное, старшим? Или я не прав?
- Издеваешься, Руслан? Будь уверен, мы найдём причину. Извини, некогда мне с тобой о пустяках разговаривать. Спешу, уже посадку объявили.
- Желаю удачи, Валдис, до встречи! – попрощался я с геологом традиционным напутствием.
Через две недели геологам, после скрупулёзного изучения и великого множества разнообразных проб, удалось выяснить одну интересную особенность.
- Представляешь, Руслан, - с жаром объяснял мне Валдис, когда мы встретились в одном из многочисленных кафе в корабельном центре досуга и активного отдыха, - не знаю как на других планетах, но на этой…, всё вперемешку. Оказалось, что на Гизиа алмаз и графит это один минерал, причём в фазе крайней нестабильности. При малейшем нарушении, будь это вибрация или резко изменившейся радиационный фон, он тут же изменяет свою кристаллическую решётку, буквально на пару микронов. Вот и получалось, был алмаз, потом появились вы со своим горнопроходческим комплексом, дали длительную вибрацию и вдруг, бум-с, графит. Всё, поздравляю! Вы космические фокусники, легко превращаете алмаз в графит и обратно.
- Так что же это получается, Валдис, - я был несколько обескуражен, - на горно-обогатительном комбинате, страшно даже подумать, на складах вместо алмазов – чистый графит?
- Слава Богу, нет, Руслан. Мы склады первым делом проверили. Там всё чисто, думаю, больше ничего не произойдёт. Вот только надолго ли? – в душу Валдиса явно закрался червь сомнения, - Вдруг вибрационные работы начнутся поблизости от складов или местное планетотрясение и что тогда?
- Да тебе-то что с этого? – удивился я, - Было из-за чего переживать, Валдис. Работу свою сделали? Сделали и, судя по всему, очень даже хорошо. Зарплата капает, премиальные тоже приличные. А за остальное, Валдис, пусть у админа голова болит. Да поверь мне, всё будет хорошо! Это я тебе говорю, Руслан Чиж.
- Да, Руслан, - улыбнулся Валдис, - ты просто неисправимый оптимист. Умеешь, однако, успокоить. Ладно, засиделись мы здесь, да и поздно уже, через пять минут кафе закроется.
Мы пожали друг другу руки и разошлись по своим каютам. Перед сном я просмотрел в последний раз местные телевизионные новости и завалился спать.
*****
Сегодня утром бригадир нас обрадовал хорошим известием.
- Итак, парни, администрация корабля сдержала своё обещание. Сегодня мы переезжаем на постоянное место жительство на Гизиа. Строительный цех звездолёта наконец-то закончил работы по возведению модульного городка со всей инфраструктурой. Кстати, это почти рядом с горно-обогатительным комбинатом. Так что, парни, - подытожил бригадир Линь, - с вахтенной жизнью покончено. Во всяком случае, до окончания срока нашей изыскательской экспедиции.
- Ура! Ура! Ура! – мы троекратно поприветствовали слова бригадира и с воодушевлением, и без всякого напоминания, принялись готовиться к предстоящему новоселью.
Шёл, насколько я помню, третий или четвёртый день нашей жизни в модульном городке. Всё шло своим рабочим порядком: комплекс добывал руду, рабочие следили за сортировкой и фасовкой, я наблюдал за мониторами, удобно сидя на раскладном шезлонге в тени местных деревьев. Инженерный цех учёл прошлые ошибки, и теперь проходческий комплекс работал почти бесшумно и без вибраций. Но весь этот день я не мог отделаться от ощущения, что за нами кто-то скрытно наблюдает.
- Привет, пришелец, - послышалось за моей спиной, - Не пугайся, вреда тебе не сделаю.
Я с удивлением повертел головой во все стороны. Ничего подозрительного.
- Хватит шутить, парни! – рассердился я, - Нашли время, вам что, делать нечего?
- Нечего, - ответил невидимый голос, но как-то не уверенно (во всяком случае, мне так показалось).
- Да кто ж ты такой? Покажись, не прячься, - попросил я, а про себя подумал; уж не голосовые ли галлюцинации начались и в порядке ли моя голова?
- А я и не прячусь, - с некоторой обидой в голосе произнёс невидимка, - Смотри внимательнее, ты в моей тени отдыхаешь. Да не мучайся ты так, с головой у тебя всё в порядке.
- Неужели? Хотелось бы верить. Так, выходит…, - я с изумлением посмотрел на крону роскошного дерева, - со мной общается представитель растительного мира?
- Не совсем так, - ответил невидимый собеседник, - правильнее сказать, что с его помощью.
- Ах, да! – сообразил я, - Это же, типа, дистанционного общения, как я раньше не догадался? Скажу честно, не ожидал. В таком случае, мои вам приветствия и извинения за некоторые неудобства.
- Принимается, - последовал краткий ответ, - Вы быстро сообразили, что ваша техника нам вредит, и довольно легко перестроились. Мы это приняли во внимание и разрешили вам работать дальше. Вы теперь не нарушаете нашу экологию.
На какое-то время мне показалось, что меня проверяет один из моих университетских академиков, но это было мимолётное видение.
- Да-да, - подтвердил голос мои догадки, - теперь о вас мы знаем почти всё, разумеется, в рамках дозволенного.
- Вот спасибо, - вздохнул я облегчённо, - так-то будет справедливее. Скажите, а как мне к вам можно обращаться? Как вас звать-то? И почему выбрали для контакта именно меня?
- Имейте терпение, молодой человек по имени Руслан, - ответил голос, - всему своё время. Продолжим разговор при следующей встрече.
- Ага, вот ты где, - раздался возмущённый голос бригадира, - я его ищу, зову, а он спокойно отдыхает в шезлонге, в тени деревьев! Ты почему по рации не отвечаешь?
- Так это, Линь, - я сделал удивлённое лицо, - не было никакого вызова. Клянусь, бригадир, я ничего не слышал.
- Ну, ты и лопух, Руслан, - сердито ответил бригадир, - Твоя рация была отключена от блока питания. Ты чего, боец? Устав службы безопасности нарушаешь?
- Не могу знать, - растерянно пролепетал я, - Всё было в порядке, и рация работала, пока….
- Пока, что? – снисходительно усмехнулся Линь, - Пока деревья с тобой не начали говорить? Или ты будешь всё отрицать?
- Ну, даже не знаю, - я неуверенно пожал плечами, - Ничего не помню, в голове туман….
- Хм, - бригадир недоверчиво усмехнулся, - ладно, не хочешь признаваться, дело твоё. Только не ты первый и не ты последний, кто эти голоса слышит. Кстати, правильно, что не признаёшься, а то сразу к специалистам космопсихологам попадёшь, недели на четыре.
- Так ты всё знал, Линь? – мне даже как-то обидно стало, с детства не люблю, когда в неведении держат.
- А то! – ответил начальник не без гордости, - Я же бригадир, должен всё знать, вот так-то. А по поводу голосов ты, Руслан, не переживай. Они с нами давно разговаривают, уже несколько лет. Между прочим, голоса безопасны, но мы-то всё равно к ним прислушиваемся, кое-что в программе добычи недр меняем. Пока им это нравится.
- А кому, им? – осторожно полюбопытствовал я.
- Да кто знает, - Линь неопределённо пожал плечами, - Во всяком случае, администрация называет их экологический патруль планеты. И самое главное, не все космонавты могут слышать эти голоса. Никто из наших специалистов так и не понимает, по какому принципу они выбирают контактёров.
После этих слов бригадир засобирался по своим очень важным делам, а мне посоветовал быть предельно внимательным и при малейших аномальных явлениях докладывать ему лично.
- Судя по всему, - глубокомысленно изрёк Линь, - ты попал к ним в список избранных. Так что, гордись, Руслан.
Он ушёл, а я остался с очень плохим настроением и с тревожным предчувствием чего-то такого нехорошего.
После тех странных событий прошло достаточно много времени. Постепенно яркость воспоминаний о неприятных моментах моих трудовых будней стало понемногу блекнуть и, практически, осталась только в очень глухих и тёмных закоулках моей памяти. Лишь иногда я возвращался к тем событиям и думал, как же меня так ловко разыграли? Ну да, ведь на нынешнем этапе развития всевозможных гипнотических технологий это так легко сделать….
Наконец-то подошло долгожданное время возвращения на нашу родную планету. Большинство грузовых трюмов были заполнены добытыми на Гизиа алмазами, а небольшую часть, в виде эксперимента, разместили на наружной палубе звездолёта.
Сегодня для Гизиа стояла удивительно спокойная погода. Ни тебе резких порывов ураганного ветра, ни изнуряющей жары, ни надоевших плотных дождливых туч.
Я, вместе с остальными рабочими и бригадиром, занимался разборкой и упаковкой нашего стояночного лагеря. Во время послеобеденного перерыва решил немного отдохнуть в тени местных деревьев, прямо на изумрудной травке. Под убаюкивающий шелест листьев, приятного тепла местного солнышка и аромата здешних трав я, незаметно для самого себя, забылся лёгким неглубоким сном. Мне пригрезилось удивительное видение, что на этой поляне беседую с незнакомым гуманоидом очень даже приятной наружности и стройного телосложения.
- Привет, Руслан, - поздоровался гуманоид, - Давно не виделись. Мы очень рады окончанию вашей изыскательской экспедиции, и что вы, наконец-то, покидаете нашу гостеприимную планету. Замечаний к вашему пребыванию на нашей планете у нас не имеется. Вы нас слушали и это радует. И всё-таки, есть один вопрос. Зачем вам столько много наших алмазов, что вы с ними собираетесь делать?
- Привет, - ответил я, совершенно не удивляясь ни гуманоиду, ни его вопросу. - Ты не поверишь, друг, но раньше на нашей планете, по имени Земля, алмазных месторождений было достаточно, - и рассказал этому любознательному гуманоиду про планету Земля, про то, что природные ресурсы человечество исчерпало, в том числе и алмазы, а искусственные не всех устраивают, потому и снарядили научно-изыскательскую экспедицию.
- Очень интересно, - гуманоид слегка задумался, - но не понятно. Зачем, всё-таки, столько много, чтобы больше не возвращаться? Или, может быть, вернётесь, но уже с ещё большими запросами?
- Не могу знать, - честно признался я, - Я не вправе отвечать за всё человечество. А что касается нашего возможного сюда возвращения, то лично моё мнение такое - вряд ли это произойдёт. Слишком далеко, да и того, что мы взяли, хватит не на одну сотню земных лет. Да и слишком дорого для нашей экономики обходятся подобные путешествия.
- Я понял, - ответил гуманоид, одновременно к чему-то прислушиваясь, - Мы посовещались и решили, что будет выгоднее всем научить вас как превращать простой графит в чистейшие алмазы. Кстати, как на вашей планете с запасами графита?
- О, этого добра у нас хватает, - ответил я, - тем более что нет проблем с получением искусственных алмазов.
- Значит, - улыбнулся гуманоид, - мы договорились. Ты будешь единственным, кто овладеет такой возможностью по превращению графита в благородный алмаз. Возражения не принимаются.
- Но почему именно я? Мне это совсем не нужно! – моему возмущению не было предела.
- Потому что, ты избранный, - улыбнулся в ответ гуманоид, - и ты уже владеешь этой способностью, поздравляю!
- Но я ничего не чувствую такого особенного, - сказал я, смутно ощущая грядущие перемены.
- Правильно, - ответил гуманоид, - это придёт позже, при особых ситуациях. Мы уверены, ты этим даром распорядишься правильно. И самое главное, друг Руслан. Как нам только что стало известно, ты не летишь на свою планету. Ты и ещё несколько избранных остаётесь. Ваша администрация, по нашему пожеланию, включила вас в состав малого разведывательного корпуса на соседнюю планету. Поможете решить одну проблему. Прощай, друг….
- Что? – возмутился я, - Но почему? А меня спросили, хочу ли я остаться?! – в сердцах я топнул ногой и проснулся.
Вокруг ничего не изменилось. Всё та же поляна, те же деревья, чуть поодаль ребята из нашей бригады упаковывают остатки оборудования.
- Ёлки зелёные! – подскочил я на ноги, - Фу-ты, это же был просто сон, зато какой интересный. Пойду, ребятам помогу, перерыв-то давно закончился.
- Руслан! – окликнул меня бригадир Линь, идя на встречу и помахивая небольшим пластиковым листком, - Вот, распишись в приказе. Администрация включила тебя в состав внеочередной разведывательной экспедиции на планету Гизиа-2. Ты делаешь успехи, парень, от души поздравляю!
- Но как? – от неожиданности я просто оторопел, - Послушай, Линь, я ничего не понимаю. Как такое возможно? Ведь, скоро стартуем на Землю. Или я чего-то не знаю?
- Руслан, - азиатские глаза бригадира превратились опять в узкие щёлочки, - если честно, то мне тоже не всё в этом приказе ясно. А насчёт старта – не волнуйся, его отложили на время выполнения разведывательной экспедиции на Гизиа-2. И вообще, я не обязан обсуждать с тобой этот приказ. Подписывай, давай, мне ещё в секретариат как- то надо добираться.
Чертыхнувшись на бюрократическую администрацию нашего звездолёта, я поставил на протянутом бригадиром листке такую жирную размашистую закорлюку, что Линь даже присвистнул от восхищения.
*****
Соседняя планета, под названием Гизиа-2, оказалась, но это только в моём, сугубо личном понимании, не очень гостеприимной. Она чем-то напоминала Землю, переживающую самый разгар ледникового периода. За время нашей миссии специалисты неоднократно совершали челночные вылазки для подробного изучения флоры и фауны соседней планеты.
Гизиа-2 оказалась богата полезными ископаемыми, причём минералы находились в очень стабильном состоянии и никак не реагировали на вибрации, разного рода излучения и прочие манипуляции которые проделывал с образцами космогеолог Валдис. И, конечно же, на этой планете водилась разнообразная живность, правда, не в таком количестве, как на Гизиа-1, но для многочисленных племён местных аборигенов её вполне хватало.
Единственное, что омрачало существование здешним гуманоидам, так это наличие на планете единственного хищника, напоминающего гигантскую полярную сову. Такая птица-монстр составляла прямую конкуренцию гуманоидам в битве за пищевые ресурсы. Кстати, эта бесшумно летающая птица, размером с небольшой самолёт, была не прочь перекусить и самими гуманоидами, ибо она в них видела только продукт питания. В морозные дни гуманоиды в своих меховых одеждах очень походили на пушистых, жирных грызунов водившихся здесь в изобилии.
Гуманоиды, не смотря на свои большие достижения в телепатии (они свободно общались с нами, даже когда мы находились на соседней планете), никак не могли побороть страх перед этим летающим кошмаром. Гигантские совы оказались абсолютно не восприимчивыми к гипнотическому внушению. Единственное место, куда они не залетали, была экваториальная зона, но только в дневное время. Ночью температура на экваторе опускалась до десяти градусов выше нуля, так что для этих хищников было вполне комфортно, тем более что сутки на Гизиа-2 равнялись двум земным, вот такая ситуация. И нашему отряду, помимо всего прочего, предстояло, как это не покажется странным, помочь местным племенам в защите от гигантских сов. Решение нашлось, как всегда, неожиданно и совсем не от космобиологов, которым было поручено найти верный и безопасный способ, как отучить совиных монстров нападать на бедных гуманоидов.
Как-то, занимаясь разборкой неисправного генератора малой бурильной установки, я не переставал думать, вот чем бы помочь этим, довольно-таки забавным и милым, братьям по разуму? Чем бы их таким вооружить, чтобы было и не дорого и эффективно, а главное – экономично? Задумавшись, я машинально коснулся оголённым кончиком провода, идущего от обмотки динамо статического электричества, небольшой кучки местного мусора. Треск, ощутимый удар в почву и лёгкий запах палёного мгновенно вывел меня из глубокой задумчивости. В моей голове молниеносно созрел чёткий план гениальной схемы. Окрылённый идеей, я на скорую руку смастерил из подручных материалов и неиспользованных запчастей нечто среднее между электрошокером и силовым барьером с дистанционным управлением. Включив созданный аппарат и взглянув на экранчик контроллера, я почувствовал полное удовлетворение от своего изобретения. Всё работало должным образом. Обрадованный, я заторопился к коллегам по миссии, дабы похвастаться своим изобретением. Прибор очень даже всем понравился, а геолог Валдис предложил назвать это чудо техники в мою честь. Он так прямо и сказал; - Предлагаю присвоить этому прибору имя «Чижик». Это и птичка, и часть твоей фамилии, Руслан.
Предложение было единогласно одобрено и «Чижика» торжественно загрузили в мини -3-д принтер, для улучшения, адаптирования и тиражирования. Перед этим испытали «Чижика» на чучеле гигантской совы. Оперение чучела дымилось очень эффективно. Так же эффективно оно дымилось и при нападении настоящего хищника. Думается, теперь у местных сов надолго пропадёт желание лакомиться гуманоидами.
Вот так закончилась наша разведывательно-изыскательская экспедиция на планету Гизиа, и точно в назначенное время астролёт, с говорящим названием «Корабль дружбы», вернулся на Землю с очень ценным грузом.
Ну а я, Руслан Чиж, по прибытии на Землю, ушёл из космофлота и занялся очень прибыльным делом, поиском и разработкой новых алмазных месторождений. Не догадываетесь, как это мне удалось сделать? Вот-вот, детишки, именно так всё это и было.
22.02.2018г.
Валерий Сковородкин.
Евпатория


Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.