ВЛАДИМИР КОРНИЛОВ
![](http://mspu.org.ua/uploads/posts/2022-01/1643398625_kornilov2.jpg)
(Размышления о жизни и творчестве Г.П. Михасенко…Памятные встречи)
ПИСАТЕЛЬ ГЕННАДИЙ ПАВЛОВИЧ МИХАСЕНКО
(16.02.1936 – 04.06.1994)
Если бы Геннадий Павлович Михасенко был жив, то 16-го февраля ему исполнилось бы 82 года. Для писателя – это самый зрелый творческий возраст…Но судьба распорядилась по-своему…
Родился Михасенко в городе Славгороде Алтайского края. Во время Великой Отчественной войны, когда мальчику исполнилось 5 лет, они с матерью переехали в деревню Кандаурово Колыванского района, находящуюся в ста километрах от Новосибирска, где жили их близкие родственники: так как отец Гены с первых же дней войны был на фронте, а им было непросто добывать себе хлеб в то голодное время.
Тяжелые не по возрасту заботы легли на хрупкие плечи деревенских мальчишек в те суровые годы. Катастрофически не хватало рабочих рук – и дети в меру своих сил старались помочь взрослым. Ребята пасли колхозных овец, копали силосные ямы, заготавливали на зиму дрова… Да мало ли приходилось делать им в ту грозную пору, чтобы всем миром советские люди смогли одолеть жестокого и доселе непобедимого врага!
Яркой иллюстрацией этому и послужила первая автобиографическая повесть Геннадия Павловича Михасенко «Кандаурские мальчишки», принесшая автору сразу же всесоюзную известность…
Но детство – есть детство. Оно долго не держит в своем сердце обид на Время: ибо детство – сказочная страна, которая подарила будущему писателю не только замечательных и верных друзей, сумевших согреть и осветить его доверчивую мальчишескую душу, но и привила ему острую наблюдательность, научила любви к прекрасному русскому языку деревенской глубинки, напоенному светом добра и поэзии. Этим и освещены все книги Геннадия Павловича.
А книг он написал за свою столь непродолжительную жизнь немало. Среди них можно назвать сборник стихотворений для детей «Фантазеры», повести «Кандаурские мальчишки», «В союзе с Аристотелем», «Неугомонные бездельники», «Пятая четверть», «Милый Эп», «Я дружу с Бабой Ягой», «Класс дурацких фамилий», «Ау, Завьялова!», сказочную повесть «Земленыр, или каскад приключений», пьесу «Остров Тенга», сказку «Тирлямы в подземном королевстве», сборник повестей и рассказов «Гладиатор дед Сергей», книгу стихотворений «Азбука Братска», посвященную строителям ГЭС, своим друзьям, а также родным и близким ему людям.
Рассказы и повести писателя публикуются в те годы в журналах «Юность», «Сибирь», «Сибирские огни», выходят отдельными авторскими изданиями в Новосибирске, Москве, Иркутске, Калуге и других городах. Его книги выпускаются огромными тиражами не только в нашей стране, но и за рубежом: в Чехословакии, Германии, Грузии…
Кроме перечисленных выше произведений, оставленных нам в наследие, – в домашних архивах Галины Васильевны Михасенко – вдовы писателя находится еще множество неопубликованных сказок и стихотворений, ждущих своего издателя. Уникальный писательский талант и огромный, порой нечеловеческий труд принесли Геннадию Павловичу еще при жизни широкую известность и любовь как среди ребят младшего возраста, так и среди старшеклассников и читателей более зрелого поколения. Он – частый гость детских литературных программ Братского городского и Иркутского областного радио и телевидения. Его лирическая повесть «Милый Эп», опубликованная в «Юности», была сыграна на сценах почти всех престижных театров страны. Позже киностудия «Мосфильм» по сюжету повестей «Милый Эп» и «Пятая четверть» сняла замечательные художественные фильмы о подростках, чьи горячие, неугомонные сердца, освещенные сибирской романтикой и первыми, зарождающимися в их душах, светлыми чувствами, стремились наравне со взрослыми преобразить окружающий мир своими фантазиями.
Самобытный русский писатель, он любил всё истинно русское: русские пельмени, жаркую русскую баню с березовым веничком, задушевные русские песни и сказки… Да и сам Михасенко был прекрасный сказочник. Его удивительные «Тирлямы в подземном королевстве» и «Земленыр…» написаны как будто на одном дыхании. Увлекательные, захватывающие сюжеты и неповторимый по художественной выразительности поэтический язык этих сказок навсегда завоевали сердца маленьких читателей.
Кроме талантливых произведений, написанных писателем, у нас в памяти остался еще и образ самого Геннадия Павловича, как человека огромной притягательной силы, или точнее, некоего интеллектуального центра, вокруг которого сплотилась почти вся творческая интеллигенция города, включая сюда и наше Братское городское литературное объединение «Истоки».
Частыми гостями в семье Михасенко бывали поэты и начинающие прозаики. Мы все тянулись к нему душой, шли с новыми стихами и рассказами как на исповедь. Он многие годы был нашим духовным наставником в литературном процессе.
В результате такой совместной дружбы писателя и членов литературного объединения «Истоки» появились три книги, составленные и отредактированные Геннадием Павловичем, в которые вошли произведения не только членов разных литобъединений и творческих коллективов города, но и людей, уже давно не живущих в Братске, но оставивших в нем заметный поэтический след. Этими книгами были сборники «Мы – братчане», «Братск – Пушкину», «И пальцы просятся к перу». Последний коллективный сборник поэтов Братска посвящался 40-летию города.
Главным в творчестве и в жизни Михасенко всегда оставались дети. Он выступает в школьных и студенческих аудиториях, в детских садах и в библиотеках…Хотя и очень он дорожил своим временем, особенно в последние годы, но на приглашение детей всегда откликался с радостью.
Вообще Михасенко был человеком жизнерадостным, устремленным, обладающим неиссякаемым юмором и фантазией. Помнится, в 1980 году загорелся он идеей творческого обмена между литобъединениями – Братскими «Истоками» и Усть-Илимским литературным объединением. Собрались мы тогда небольшой группой, среди которой, кроме самого автора идеи, были поэты Юрий Черных, Василий Скробот, Владимир Корнилов и Михаил Ковешников… Всю дорогу, пока ехали до Усть-Илимска, Геннадий Павлович, не смолкая, рассказывал нам забавные пикантные истории из жизни своих собратьев по литературному цеху, острые анекдоты, читал шуточные стихи и пародии, написанные им на наши отдельные курьёзные строки, постоянно говоря при этом свое любимое выражение: «Сейчас я вам, ребятки, новую пародию прочту. Ну, чисто шерсть получилась!» И мы с первых же его метких пародийных строк, посвященных кому-либо из нас, покатывались от смеха.
Так вокруг него всегда воцарялась атмосфера веселого светлого праздника… Одним из таких последних литературных праздников при жизни Геннадия Павловича Михасенко был первоапрельский «Вечер юмора и смеха», проводимый в 1994 году в библиотеке 5-го микрорайона поселка Энергетик, на который собрались тогда любители острого сатирического слова, близкие друзья писателя и его товарищи по творчеству. Искрометный юмор Михасенко, подкрепляемый новыми пародиями и свежими анекдотами, вместе с выступлениями других участников этого памятного для всех вечера – сумели создать хорошее шуточное настроение. Лица собравшихся светились, а зал буквально задыхался от смеха…
………………………………………………………………………………
Помимо подаренных мне книг за долгие годы нашей творческой дружбы с Геннадием Павловичем, у меня осталось много очень теплых и памятных воспоминаний о нём, связанных с необычными шуточными историями… О некоторых из них мне бы и хотелось поделиться с читателями…
Помню, однажды зимой, возвращаясь из п. Гидростроитель, я вышел на остановке из автобуса и стал переходить через дорогу на другую сторону, ведущую к Дворцу искусств п. Энергетик. Смотрю, идет Г.П. Михасенко с детскими санками. Поравнявшись с ним, я спрашиваю: «Геннадий Павлович, куда путь держите?» Он, не моргнув глазом, на полном серьёзе мне отвечает: «Сейчас купим с тобой черно-белый телевизор и пойдем к тебе обмывать его». Я подумал, что это он сказал в шутку, – но вместе с ним отправился в универмаг… Когда купили телевизор и погрузили на санки, Геннадий Павлович попросил меня довезти покупку до его дома. По лифту вместе с телевизором мы поднялись до квартиры Михасенко. На сигнал звонка нам открыла Галина Васильевна, жена писателя. Поздоровавшись со мной, Галина Васильевна, захлопотала, было, на счет легонькой закуски, чтобы обмыть эту желанную и долгожданную для их семьи покупку, т.к. старенький телевизор давно пришел в негодность и пылился в кладовке. Но Геннадий Павлович жестом остановил ее и говорит: «Галя, собирайся! Сейчас пойдем к Володе Корнилову стряпать пельмени и там обмоем это незаурядное для города Братска событие». Я опять подумал, что Михасенко шутит, но он, не снимая верхней одежды, стал поторапливать супругу… И когда мы пришли к нам, Геннадий Павлович на приветствия моей жены прямо с порога спрашивает: «Тонечка, у тебя фарш есть ?» Та одобрительно кивнула головой. А он продолжает выяснять ситуацию: «А мука и яйца есть?» Тоня ответила, что всё есть. Тогда Геннадий Павлович говорит: «Мы с Володей только что купили телевизор и пришли к вам обмывать его. Сейчас я замешу тесто и сам по своему рецепту настряпаю пельменей». Замесив привычным способом тесто, и поставив воду в кастрюле на включенную электроплиту, он начал лепить свои чудо-пельмени, каждый из которых величиной был не более современной двухрублевой металлической монеты… Настряпав около двадцати штук, он тут же сбросил их в кипящую воду – и спрашивает у меня: «А та гомырычка с кедровыми орешками, что мы не докончили в прошлый раз, у тебя еще осталась?» Я подтвердил, что она так и стоит в холодильнике. Вытащив из кипящей кастрюли эти мини-пельмени, Геннадий Павлович, дает мне команду: «Володя, наливай!» Так весь вечер до поздна с шутками и прибаутками Михасенко стряпал небольшими порциями свои чудо-пельмени. Смеясь, мы с аппетитом поедали эти крохотные порции. А я, не нарушая своих обязанностей гостеприимства, успевал только подливать в рюмки эту драгоценную, ублажающую душу влагу…
А вот другой, не менее памятный случай. В 1992 году Геннадий Павлович сообщил мне приятную весть, что состоялся круглый стол в Иркутском региональном отделении Союза писателей России и там приняли решение на ближайшем собрании писательской организации 23 июля о приёме Александра Семёнова, Василия Забелло и Владимира Корнилова в члены СП России. К тому времени у меня уже было издано в Восточно-Сибирском книжном издательстве три поэтических сборника. Перед поездкой в Иркутск Михасенко дал мне наказ, чтобы я не волновался и обязательно прочитал на собрании полюбившиеся ему стихотворения «Деревенский рассвет» и «Кузнеца Корнилу». И немного погодя, не забыл еще напомнить, что по приезде из Иркутска мы должны обязательно обмыть это огромной важности для г. Братска да и для любого поэта событие. Назначив дату будущего празднования, я уехал… Вернувшись из столицы Восточной Сибири радостный, что всё, как и предсказывал, Геннадий Павлович, для меня свершилось, – я пригласил на дачу гостей (родных и близких мне духу людей) на ближайшую субботу для празднования этого события. Растопив слегка для красоты и для такого торжественного момента камин, я поджидал гостей на улице. Вскоре все, за исключением Геннадия Павловича и Галины Васильевны, собрались за праздничным столом. Но многие, кто никогда не встречался со знаменитым писателем, с волнением ожидали его. И вот на пороге появляется Геннадий Павлович со своей обаятельной супругой. Я приглашаю их к столу. Но и тут (как и в предыдущем, рассказанном мной случае) Михасенко был в своём шуточном амплуа. Он достаёт из пакета миниатюрную бутылочку малиновой настойки и вместе с ней подает мне небольшую салатницу. Но перед тем, как передать всё это мне в качестве дачного подарка, Геннадий Павлович заявляет, что теперь весь огород у них с Галиной Васильевной чист от сорняков, т.к. все они стали главной составляющей этого июльского салата. «Здесь и пырей, и осот, и мокрец, и прочие сорняки», – уточнил Геннадий Павлович … Все, конечно, посмеялись и приняли его необычное блюдо за шутку. Но он предложил нам под первый торжественный тост отведать именно этот витаминный салат, и мы, (еще не понимая – в шутку ли это или всерьёз) потянулись к этой необычной закуске…
Таким веселым, солнечным человеком запомнился мне Геннадий Павлович… В последний путь ушел он тоже солнечным летним днем 4-го июня 1994 года, не оставив после себя на небе ни одного облачка, чтобы не омрачать нас.
В памяти родных, друзей и его собратьев-писателей он навсегда остался добрым, светлым сказочником по имени Михась, с распахнутой радостям и печалям юношеской душой…
В заключение от себя лично хочу сказать Геннадию Павловичу (хотя и посмертно) огромное человеческое спасибо за ту литературную поддержку, которую он оказывал мне, начинающему поэту, в течение многих лет, связывающих нас творческой и семейной дружбой и посвящаю его памяти эти, рожденные благодарным сердцем, стихи:
МИХАСЬ*
Памяти Геннадия Павловича Михасенко
1
Шестьдесят – тебе, наш город, –
Путь нелёгкий этих лет.
Ты душой, как прежде, молод
И улыбчив окон свет.
…С детства мы в тебе гнездились,
Словно аист нас принёс.
Но тобой мы, Братск, гордились –
Не искали лучших гнёзд.
…Здесь твой друг, Михась-проказник, –
На фантазии богат –
Создавал веселый праздник
В своих книгах для ребят.
2.
Чтили в сердце мы книжных кумиров страны,
Их родство и духовную связь…
Но героев, что вечно остались юны, –
Подарил нам Михась.
… Словно юноша Эп, был от жизни он пьян,
Звал нас в детство бродить босиком…
Пахли книги его земляникой с полян,
Кандаурским парным молоком…
Мы росли под его патриаршим крылом,
Словно гости на званом пиру.
… И когда ненароком встречались со злом,
Он учил нас добру.
3.
Придя на могилу поэта,
Где вечность лелеет свой злак, –
В лучах поднебесного света
Вдруг чудный привидился знак.
… Как символ гармонии мира,
Явилось знамение нам, –
Сквозь синь проступившая лира
Плыла по воздушным волнам…
Божественны звуки чуть слышны –
Их солнечный свет доносил.
… И знак сей, начертанный свыше,
Как громом нас всех поразил.
Михась* – так называли Геннадия Павловича в кругу писателей и
близких ему друзей.
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.